Барабанов Н.Д.ИсторияПравославие и медицина

БАРАБАНОВ Н.Д. Вино в Византии. Религиозные аспекты восприятия и потребления

Волгоградский государственный университет (Волгоград)

Вино в традиционных греческих представлениях обладает сложной природой, это напиток одновременно опасный и благотворный, это и яд, и дар богов, и, разумеется, важный пищевой продукт. Понятен давний научный интерес к феномену вина, отразившийся в большом количестве исследований, которые касались его производства, ассортимента, места в рационе и традициях, в торговле. В меньшей мере, но затрагивалась роль вина в религиозных представлениях и практиках античности и средних веков. Новейшим образцом, имеющей отношение к теме историографии, является сейчас монография Беатрисы Казо (Caseau 2015). Однако именно на византийских материалах религиозные аспекты проблемы освещены в наименьшей степени и крайне неравномерно. Если осмыслению евхаристии по понятным причинам уделялось огромное внимание, то к вину в повседневном обиходе и, особенно, в контексте народных верований, интерес неоправданно мал. На данном уровне знакомства с темой представляется целесообразным выделение нескольких ее компонентов.

Античность. Предполагается естественное для Византии сохранение античных традиций, их осмысление и трансформация в зависимости от развития ситуации в обществе, в частности, от процесса христианизации. Что касается вина, то хорошо известно, насколько развита была культура его потребления в Греции. Достаточно напомнить о традициях праздничных церемоний и симпосия (Лиссараг 2008; Wilkins, Shaun 2006: 164- 184). Трепетное отношение к вину являли интеллектуалы, писавшие о нем. Авторитетным, надо полагать, было мнение Платона, размышлявшего о том, в каком возрасте и в какой степени можно общаться с этим напитком. Философ решил, что только сорокалетние люди могут полноценно пировать, поскольку «ионис даровал людям вино как лекарство от угрюмой старости» (Платон. Законы. 666.в-с). Раннехристианский писатель Климент Александрийский явно не без влияния Платона выражал тот же взгляд.

Религиозные аспекты обращения с вином известны уже по произведениям Гомера. «Мужи вино проливали из кубков; не смел ни единый пить, не возлив наперед всемогущему Кронову сыну» (Ил. 7.480-481). Вино посвящали Зевсу Спасителю (Сотеру) или «доброму богу» (Дионису). Одиссей совершал возлияния душам мертвых (Од. 11.25-30). Схожие ритуалы существовали в римском обществе, что выражалось на бытовом уровне в традиции sacra mensae (Кнабе 1986: 135). Длительное сохранение в Византии связанных с вином античных ритуалов зафиксировал канон V(VI) Трулльского собора (691-692 гг.), осудивший возглашение имени Диониса в процессе производства этого напитка. Преемственность традиций виноделия и винопития прекрасно демонстрирует византийская сельскохозяйственная энциклопедия Х в. «Геопоники».

Священное Писание. Речь идет о влиянии текстов Ветхого и Нового Заветов на отношение византийцев к вину. Только в Ветхом Завете этот напиток упоминается около 140 раз, что позволяло составить представление о его появлении как одном из лучших даров Творца (Второзаконие 7: 13; 33: 28; Книга Судей 9: 13; Псалтирь 103 [104] : 15; Исайя 55: 1), о его производстве, бытовом потреблении и роли в жертвоприношении. При этом было очевидно негативное отношение к чрезмерному увлечению вином (Сирах 31: 29-37), которое унаследовали и распространяли многие раннехристианские писатели. Новый Завет усложнил проблему отношения к вину, с одной стороны, феноменом Евхаристии, с другой — высказываниями апостола Павла, который в одном случае рекомендовал не пить вина (Рим. 14:21), в другом — употреблять его ради поддержания здоровья (I Тим. 5:23).

Патристика. В раннехристианской литературе и святоотеческих творениях тема отношения к вину присутствует как актуальная и даже как стержневая для модели поведения христианина. В данном случае представляется достаточным напомнить, что Тертуллиан, Климент Александрийский, святые Василий Великий, Кирилл Александрийский, Исаак Сирин, Евагрий, Иоанн Златоуст и их последователи, в духе ветхозаветных традиций проповедуя умеренность, осуждали не вино как таковое, а злоупотребление им. Осуждение пьянства стало церковной традицией, которая нашла отражение во множестве риторических произведений, к примеру, таких как «Гомилии» св. Григория Паламы. Речь в данном контексте шла, по сути, о том, что еда и питье влияют на спасение или погибель человека.

Монашество и вино. Данный аспект темы многократно привлекал внимание исследователей в рамках изучения монашеского рациона, что стало возможно благодаря сохранившимся в значительном количестве монастырским уставам (Talbot 2007). Типики позволяют проследить эволюцию отношения к вину в монашеских сообществах — от его полного отрицания в египетских общинах Пахомия до интенсивного производства и употребления в византийских обителях XI-XII вв. Общая тональность правил, как, к примеру, в случае с мнением преп. Феодора Студита, состояла не в осуждении напитка, а только в разумном ограничении его потребления. По подсчетам М. Дембинской, суточный рацион вина в византийских монастырях колебался от 539 гр. (в женских) до 874 гр. (в мужских) (Dembinska 1985: 460). Устав преп. Афанасия Афонского, данный его знаменитой Лавре, позволял потребление вина работникам обители даже во время Великого поста. Источники, вроде широко известного сочинения Птохопродрома и жития святых подвижников, к примеру, преп. Максима Кавсокаливита, показывают изрядную, мягко говоря, привязанность иноков к веселящему напитку.

Медицина. Речь, разумеется, о широчайшем использовании вина и даже винного осадка в составе различных смесей, которые служили в качестве лекарственных средств. Сборник такого рода рекомендаций — византийский медицинский трактат Х1-Х1Увв. (Медицинский трактат 1997), некоторые рецепты которого явно находятся на условной границе с магическими приемами врачевания. Античные представления о целительной силе вина в византийское время находили подтверждение в евангельском рассказе о добром самаритянине, который спас раненого разбойниками человека с помощью масла и вина (Лк. 10: 34).

Интеллектуалы о вине. О вкусовых качествах напитка, особенно в зависимости от места его производства, писали многие представители византийской интеллигенции, которые нередко выражали зависть друг к другу по поводу доступности наиболее престижных вин. В данном случае объектом анализа является энкомий вину Михаила Пселла (Garzya 1965). Знаменитый автор воспел вино, сочетая связанные с ним античные образы и традиции с ветхозаветными персонажами, что для нашей темы представляет особую важность.

Фольклор и народные представления. Для изучения этого аспекта темы неизбежно привлечение материалов новогреческого фольклора и этнографии. Напомню, что в этом нет ничего необычного — Х.-Г. Бек, изучавший византийские представления о загробном мире, считал новогреческие плачи и песни, зафиксированные исследователями, главным образом, в XIX в., имеющими византийское происхождение. Речь в данном случае идет о том, что вино в народных обрядах символизирует кровь, здоровье и жизнь. Погребальные ритуалы предполагают активное использование вина, вплоть до поливания красным вином покойника, лежащего в гробу. Харос, страшный персонаж загробного мира, считался виноградарем, давившим людей в чане, чтобы изготовить из их крови вино. Праздничные дни календаря превращались в настоящие винные фестивали, посвященные почитаемым в это время святым.

Барабанов Н.Д. Вино в Византии. Религиозные аспекты восприятия и потребления // VIII Международный Византийский семинар «Χερσωνος Θεματα: Империя и Полис» (Севастополь, Государственный историко – археологический музей — заповедник «Херсонес Таврический» 30 мая — 4 июня 2016 г. Материалы научной конференции. Севастополь, 2016. С. 21-24.

Библиография

Геопоники. Византийская сельскохозяйственная энциклопедия Х века. Пер. и комм. Е.Э.Липшиц. — М.-Л., 1960.

Византийский медицинский трактат XI-XIV вв. / Пер. и комм. Г.Г. Литаврина. — СПб., 1997.

КНАБЕ Г.С. Древний Рим — история и повседневность. Очерки. — М., 1986.

ЛИССАРАГ Ф. Вино в потоке образов. Эстетика древнегреческого пира. — М., 2008.

CASEAU B. Nourritures terrestres, nourritures célestes. La culture alimentaire à Byzance. — Paris. 2015.

DEMBINSKA M. Diet: a Comparison of Food Consumption between some Eastern and Western Monasteries in the 4th — 12th Centuries // Byzantion. — 1985. T. LV. Fasc. 2. P. 431-462.

GARZYA A. Un encomio del vino inedito di Michele Psello // Byzantion. — 1965. T. 35. P. 418-428.

TALBOT A.-M. Mealtime in monasteries: the Culture of the Byzantine Refectory // Eat, Drink, and By Merry (Luke 12:19) — Food and Wine in Byzantium (Papers of the 37th Annual Spring Symposium of Byzantine Studies, in Honor of Prof. A.A.M. Bryer) / Ed. L. Brubaker, K. Linardu. — Bodmin, 2007. P. 109-123.

WILKINS M., SHAUN H. Food in the ancient world. — Padstow, 2006.

Смотреть и скачать статью в формате pdf

Оставить комментарий