История Русской ЦерквиТюменцев И.О.

ТЮМЕНЦЕВ И.О. Увещевательные послания 1608-1609 годов из русского архива Я. Сапеги

Гражданская война в России н. XVII ст. осенью 1608 г. всту­пила в новую фазу. После двухлетнего противостояния, шедшего с переменным успехом, приверженцам Лжедмитрия II, казалось, на­конец удалось достичь перелома в борьбе с правительственными силами. Большая часть территории страны оказалась в их руках. Увещевательные грамоты царя Василия Шуйского, патриарха Гер­могена, высших иерархов Русской Православной Церкви, как ока­залось, не достигли желаемой цели1. Сам факт, что убитый в мае 1606 г. в Москве самозванец «восстал как феникс из пепла», со­брал под свои знамена огромное войско, разгромил правительствен­ные силы и вот-вот готов был занять Москву, посеял смятение в умах русских людей. В этой ситуации осенью 1608 — весной 1609 г. помимо царя и высших иерархов Церкви за перо, чтобы объяснить людям происходящее, были вынуждены взяться духовные лица среднего и низшего клира и даже миряне-патриоты. В русском ар­хиве «воровского» гетмана Я. Сапеги сохранилось несколько по­сланий, которые до последнего времени оставались вне поля зре­ния исследователей и потому этот феномен остается недостаточ­но изученным.

Первое из таких посланий написано осенью 1608 г., когда Замосковье было захвачено тушинцами и их отряды приблизились к Нижнему Новгороду. В то время в руки салежинцев попала отпис­ка архимандрита нижегородского Вознесенского монастыря Иоиля игумену луховской Тихановской пустыни Ионе (N 1). Из докумен­та следует, что в конце октября — начале ноября 1608 г. тушинцы устами луховского игумена предъявили ультиматум нижегородцам. Они потребовали принести присягу «царю Дмитрию», обещая в противном случае прислать «больших» ратных русских и литовс­ких людей и разорить город. Обращает на себя внимание весьма сдержанный тон ответного послания. Архимандрит Иоиль поста­рался избежать гневных обличений самозванца, столь характер­ных для московских церковных властей. К примеру, цитируя пись­мо луховского игумена, он счел для себя возможным назвать Лжедмитрия II «царем Дмитрием», а не Вором. При этом в конце письма твердо уверил своих адресатов, что истинный царевич Дмитрий Углицкий похоронен в Архангельском соборе в Москве и ныне тво­рит чудеса, помогая русским людям. Заявляя о готовности нижего­родцев быть верными присяге, принесенной царю Василию Шуйс­кому, архимандрит в своем письме дал понять, что городские влас­ти не исключали возможности свержения этого царя и утвержде­ния в Москве другого владетеля. Об этом красноречиво свидетель­ствует призыв к балахонцам и лушанам обменяться посольствами и договориться служить государю, «кто будет на Московском госу­дарстве государь». Одновременно этими словами архимандрит Иоиль давал понять балахонцам и лушанам, что они поспешили с присягой самозванцу, так как на Москве, несмотря ни на что, пока сидит царь Василий Шуйский, который, таким образом, пока еще угоден Богу, и долг всех православных ему верно служить.

Содержание письма архимандрита Иоиля не оставляет сомне­ний в том, что нижегородцы в чрезвычайно сложной обстановке, руководствуясь постулатами Православной веры, нашли верное решение. Они сохранили верность законному Московскому царю. На большее в тот момент они не были способны, так как город, хотя и располагал гарнизоном из «дворян, детей боярских, стрель­цов, немцев, литвы, турчан с волошанами и с сербянами и со вся­кими иноземцами», но его сил было явно недостаточно для веде­ния активных боевых действий против «воров»2. В связи с этим весьма примечательны в письме призывы к лушанам и балахонцам не воевать с нижегородцами, а также уверения, что в Муроме и Владимире ратных людей нет, а те люди, которые эти города «смутили», будто бы ушли под Москву. Нижегородцы устами ар­химандрита явно призывали соседей выждать, чем закончится борьба за Москву, и не допустить, чтобы между православными вспыхнуло кровопролитие. Решение вступить в открытый конфликт с тушинцами городской мир принял позднее, когда возникла реаль­ная угроза захвата города тушинскими отрядами3.

В середине мая 1609 г. в противоборстве между земскими опол­чениями Замосковья, Поморья и тушинцами произошел перелом. После шедших с переменным успехом кровопролитных зимних боев правительственным силам удалось отбить у тушинцев Ярославль, Владимир Великий, Муром, Галич. Посланный царем в Новгород Великий кн. М.В. Скопин-Шуйский смог освободиться от тушинс­кой осады, собрал новое правительственное войско, усиленное швед­ским экспедиционным корпусом, и готовился выступить в поход на Москву. Одновременно в Нижний Новгород прибыл с «понизовыми полками» и готовился к походу в столицу боярин Ф.И. Шереметев. Известия об успехах правительственных сил не могли не вызвать оптимизма у приверженцев Василия Шуйского в Москве. Вместе с царскими грамотами в Ярославль были направлены письма дьяка Василия Миронова (№ 2) и неизвестного священника (Кг 3).

Немногие данные биографии Василия Миронова: в 1606/7 гг. служил дьяком Приказа Земского двора, в августе 1608 г. выдавал жалование ратным людям, в 1610 г. ему принадлежало поместье в Романове4 — свидетельствуют, что он входил в кружок приказных бюрократов, близких к царю Василию Шуйскому, и несомненно был знаком с агитационной работой, проводимой в Кремле. Его послание открывается обширной преамбулой, в которой подчеркивается, что милостью Божией и заступлением Богородицы и Московских чудот­ворцев царь Василий Шуйский сохраняет свою власть в столице. Далее дьяк сообщил подьячему Т. Копнину и ярославцам об успе­хах правительственных сил в Новгородской земле, Замосковье и Среднем Поволжье. Этот рассказ в целом сходен с содержанием майских 1609 г. окружных грамот В. Шуйского5, однако содержит дополнительные аргументы, которые подтверждают реальность по­мощи царю со стороны крымских, ногайских и немецких людей, но которые неудобно было помещать в царских грамотах. К примеру, дьяк подробно рассказал о походе крымцев и ногаев на занятые при­верженцами самозванца земли Русского государства, а в подтверж­дение шведской помощи приложил копию письма шведского короля Карла IX новгородцам об отправке в Россию шведского экспедици­онного корпуса6. При этом он не преминул подчеркнуть, что эти бывшие недруги Русского государства, молением Московских чудотоворцев, попущены Богом на врагов Православной веры. В отли­чие от архимандрита Иоиля, В. Миронов прямо называет Лжедмитриев I и II сатанинским царем и царевичем и уверяет, что все проис­ходящее свидетельствует о недолговечности их царства.

Те же уверения в недолговечности сатанинского царства обна­руживаются в письме неизвестного из Москвы священнику Васи­лию и родственникам, находящимся в Ярославле и Ростове. Его ав­тор, говоря о происходящем в стране, отметил, что поражения «во­ров» — явное доказательство непобедимости Божьей силы. Он на­помнил священнику Василию о том, что произошло в недавнем про­шлом, когда на их совместной памяти Господь Бог неоднократно «попущал» на Русь врагов Православия — крымского хана Казы-Гирея в 1591 г.7, расстригу Лжедмигрия I, Лжепетра и И. Болотнико­ва, но Божий гнев никогда не был долговечным, и вскоре «слуги дья­вола» неизменно терпели поражение, а Русская земля очищалась. То же самое, по мнению автора, происходило и в 1608-1609 гг. Пос­ле впечатляющих успехов сатанинское воинство Лжедмитрия П на­чало терпеть поражения. Главное теперь — простить друг другу все прегрешения и покаянно молиться за очищение души, и тогда Гос­подь наконец дарует Русской земле успокоение. Несмотря на то, что в послании указаны конкретные адресаты и содержатся просьбы передать весточку о себе и сообщить о судьбах родных, оно, судя по содержанию, явно рассчитано на прочтение широким кругом людей и, таким образом, имеет ярко выраженную идеологическую направ­ленность. Послание, на наш взгляд, следует рассматривать как один из памятников публицистики Смутного времени.

Послания архимандрита Иоиля, дьяка В. Миронова, неизвестно­го из Москвы показывают, как в толще русского народа под влиянием происходящих в стране событий и отчасти из-за неудовлетвореннос­ти официальной пропагандой постепенно начинают зарождаться но­вые идеи: всеобщего молитвенного покаяния в грехах, выбора царя «всею Землею» и служения Государю, «который на Москве будет», проникнутые истинной верой, что Господь Бог спасет Русскую зем­лю. Год спустя именно эти идеи будут положены в основу идеологии движения земских ополчений 1611-1612 гг. и помогут спасти страну и народ от гибели и порабощения. Царские, патриаршие и митрополи­чьи окружные грамоты, послания властей Троице-Сергиева монасты­ря 8, архимандрита Иоиля, дьяка В. Миронова и неизвестного москви­ча позволяют получить общие представления о формах и методах идеологической работы московского руководства в один из самых драматичных периодов обороны Москвы оттушинцев.

N 1

Ок. 21 ноября <1 декабря) 1608 г. Отписка архимандрита нижегородского Вознесенского монастыря Иоиля игумену луховской Тихоновы пустыни Ионе о нежелании нижегородцев покориться Самозванцу, с призывом к жителям Балахны отказаться от присяги Лжедмитрию IX

Пречестные обители Николы чюдотворца, Луховского уезда, Тихоновы пустыни игумену Ионе, Нижнего Новагорода Вознесения Господа Бога Спаса нашего Иисуса Христа архимарит Иоиль благословляетъ и челом бьет.

В нынешном 117 году ноября в 21 день, писал еси, в Ниж­ней, ко мне, с Васильевым крестьянином Старкова с Якункою : Полуехтовым: посланы вы, по государеву цареву и великаго кня­зя Дмщрея Ивановича всеа Русин указу, в Нижней Новгород, да с тобою Москвитин Третьяк Клепиков, с милосердым жаловалныим словом, чтобы мне государевым воеводам, и дияку и вся­ким приказным и служивым людем Нижнего Новагорода, посадцким лутчим и мол одним и приезжим торговым людем, говорити, чтобы они государю царю и великому князю Дмитрею Ивановичю всеа Русин вину свою принесли и ему государю крест целовали, ране, а не дожидался болших ратных литовских и руских людей; да о том бы мне к тебе отписати с тем же человеком. И в Нижнем Новегороде воеводы князь Александр Ондреевич Репьнин, Ондрей Семенович Алябьев, дияк Василей Семенов, и дворяин и дети боярские, и старосты и целовалники и все земс­кие люди, и литва и немцы и всякие иноземцы, и стрелцы, хотят за государево царево и великого князя Василья Ивановича всеа Ру­син Московского крестное целование помереть, начом они ему государю крест целовали.

Да ноября ж в 21 день писали мы, архимарит Иоиль, игу­мены, и протопопы и попы и дияконы всего освещенного со­бору и церьковного причета, и воеводы князь Александр Онд­реевич Репьнин, Ондрей Семенович Алябьев, дияк Василей Семенов, и дворяня и дети боярские, и старосты и целовални­ки и все земские люди, и литва и немцы и всякие иноземцы, и стрелцы, с нижегородцем с посадцким человеком с Петруш­кою Макаровым с Шишкою, чтобы хрестьянская неповинная кровь не лилась, а были бы балахоньцы и всякие люди, по пре­жнему, во единой мысли с нижгородцы, и прислали бы бала­хоньцы, на договор, лутчих людей, сколко человек пригоже, а из Нижнего мы к вам пришлем также лутчих людей; а говорит бы вам с нами о том: кто будет на Московском государстве госу­дарь, тот всем нам и вам государь; а до тех бы мест мы на вас не посылали, а вы к Нижнему ратью не приходили, ездили бы балахоньцы в Нижней со всем, что у кого есть, по прежнему, а нижгородцы бы ездили к вам, на Балахну, да с нами сослатись о добром деле, а не о крестном целованье.

А то нам и вам ведомо, что в Муроме, и в Володимере, и ни в которых городех, нет в сборе никаких людей, опроче по­дымных людей, пашенных крестьян; а которые воровские люди

приходили в породы для смуты и для воровства и своей корысти, и те воровские люди пошли из городов под Москву, в полки.

А то и всем людем Московского государьства и в иных землях ведомо все, что царевич государь наш князь Дмитрей Иванович убит на Углече от Бориса Годунова, а ныне его госу­даревы чюдотворные мощи лежат на Москве, в Архангиле.

А в Нижней бы ты ехал, с Третьяком Клепиковым, о доб­ром деле говорить, да с собою бы есте взяли Василья Кухтина да атамана Тимофея Таскаева, а иных бы никаких людей с собою не имали.

АСПбИИ РАН. Кол. 124. С. В. Соловьева. On. 1. Карт. 2. Ед. хр. 191. Подлинник. AH Т.2. № 107. С 136-137. Публикация.

N 2

Май9 1609 г. Отписка дьяка В. Миронова Ярославскому подьячему Т. Копнину о военных вестях, с убеждением усердно служить царю В. Шуйскому

Господину Третьяку Мелентьевичю, Васюк Миронов много челом бью. Пиши к нам про свое здоровье, как вас Бог милует; а похощеш ведати про нас, и мы Божиею милостью и Пречистые Богородицы помощью и заступлением и покровением, и Московских чюдотворцов поможением, и государя на­шего царя и великого князя Василья Ивановича всеа Русин бес­престанным слезным молением к Богу о всех нас православ­ных хрестьянех, на Москве, майя по… день,0. Благодарим Бога, и вперед чаем у Бога милости: наказав, Бог и помилует.

А идут ко Государю нашему на помощь крымские и но­гайские и немецкие люди, со многими людми, и наши руские люда идут с ними ж вместе, а чаем их к Москве приходу вскоре.

А тех врагов и хрестьянских губителей и разорителей ещо крестьянская кровь от Москвы не отпустила, отягчелися хрестьянскою кровью и всякою неподобною скверностью, ждут собе погибели: смири их, Господи, по правде их; помилуй Гос­поди правого, обличи Господи виноватого!

Да пожалуй пиши ко государю о всяких тамошних делех, почасту, что у вас делается. Не забывайте государя нашего и нас Московского государства государевых людей, пишите, и промышляйте и радейте с нами заодно; а служба твоя и раде­нье ко государю и за православную хрестьянскую веру у Бога и у государя нашего в забвенье не будет.

Сами вы, и мы, все то видели: сотонинским царем и царе­вичем не надолго царство дается, не переказное дело; и недав­но то делалось. А государь наш царевич Дмитрей Иванович царьствует у Небесного Царя ввеки, а от мощей его, у Архангила, немощным многим людем и ныне исцеление бывает. Да и мы ныне, по их Московских чюдотворцов молению, видим Божью помощь ко государю нашему и к нам Московского государства православным хрестьяном: которые были конечные недруги, околиих государств крымские и ногайские и неметцкие люди, и те Божиим повелением, видя и слыша государя нашего правду, за православную хрестьянскую веру вступаются и на врагов на­ших помощь дают. А как они о православной вере радеют; и как писали в Великий Новгород, и я с того их листа послал к вам, для любовного совету, список слово в словоп.

А Крымской царь ко государю нашему тож пишет, да и сам ныне со всеми людми пришол на Орел, на те пущие Се­верные места, которые сами собе погибелную самохотную кровь навели и вором себя, и жон своих, и детей, на всякую поганую скверность отдали: чаяли лутчего найти, а они душею и телом погибли, и несть им ныне помощника и заступ­ника, развее по их обращению Бог умилосердится. А которые, Бога помня, в смуте не были, хотя великие тесноты и наготу и гладь претерпели, и души их чисты, и жоны и дети ничем не­вредимы, и вперед чаем у Бога милости.

Адрес: Отдат в Ярославле в Болшом подьячему Треть­яку; а не будет в Ярославле Третьяка, ино отдать приказ­ным людем.

АСПбИИ РАН. К. 124. Собр. С. В. Соловьева. ОпЛ. Карт. 2. Ед. хр. 300. Подлинник. АН. Т. 2. №. 206. С. 238-239.

N 3

(24) мая 1609 г. 12

Письмо неизвестного к священнику Василию с просьбой сообщить о судьбе родственников и с выражением непоколебимой уверенности в том, что Бог избавит Землю Русскую от всех бед и скорбей

Батюшка Василей Дмитреевич! Воспомяни прежнее свое из мне благочестие, виждь мою смертоносную и сердечную язву!

На работников мне удивлятись, ни усумнятися непотреб­но. Дивился я, грешник, чюжим женам и брань с ними восприимал, а ныне такова статья над самим мною совершилась; но прошу и молюсь тебе, отраду мне бедному и грешному сотво­ри, вестку учини, как тебе Господь Владыко по сердцу извес­тно учинить, чтоб, услышев про своих што, малу радость при­обрел о житии их, как Христос хранит, живы ли, или по грехом моим пришло на них разорение которое, ездаков, или ходаков проведав, пришли хотя одну строчку, или словом прикажи, под­линно живы ль, или побиты?

А про воровскую статью минование, чаем Владыку Хри­ста, что нас избавит от всех бед и скорбей. Божия бо сила непо­бедима, крепка и сгоятелна бывает, а отпадшая движима и непостоятелна, крепости не имущи никоеяж, но токмо прогонителна во адово жилище бывает и во тму кромешную, идеже тля тлит и червь не усыпнет и огнь их не угаснет.

Да воспомяни преж сего находящих на святую и благочести­вую веру христия некую злочесгивых, богоотступлыиих и богохулных царей, хотящих прогнати христиан и веру попрати; не сами ли изгибоша вси и потопоша, яко олово в воде, зелне?

Да и сам, господине, веси, при твоей памяти содеяшась многое неистовьствие: крымский царь Сап-Кирей в семьдесят осмом году, грех ради наших, Господь Владыко на нас гнев свой воздвигнув, наказуя и приводя нас и утвержая в вере, огню пре­дал и жительство наше в пепел претворил, хотя угодником сво­им преселение от скверны очистити, и не по мнозе времяни многажды плен и кровопролитие от безбожных за грехи наво­дил! И последи тех посещений навел был, преведением бесовс­ким, антихриста Ростригу; он же сам себе именова быти цесарем непобедимым, не дано бо ему свыше таково именование, не погибе ли и с сосудом своим, уготованным адом? И по нем иные именовалися царьскими детми, Петр и Болотников Ивашка, хотя воцарились, воздвигнули на святую веру христианскую брань, и Владыко Христос много ль им власть держали дал?

А ныне Богом не даное тем же окаянным законопопрателем и разорителем веры христиане кие и святых церквей Праги > кровью обогрителем и крестному целованию ни во что вменя­ющим тож восприимут!

Здравствуй о Христе со всем домом своим, с ближними приятели и с сродники, от единоя матери изходящими!

Опиши, Бога ради, вскоре, как возможешь и как тебя Хри­стос уцеломудри; а моей к себе грубости не попамятуй, в чом буду пред тобою прегрешил. Прости Бога ради и помолися о мне грешном и непотребней и скареднем. А похочешь ведати о сем дерзающем сего писания, еще жив мая по 14 день, до воли всемнлостиваго Бога, по которое время изволит пожить.

На лицевой стороне листа внизу приписка: Отдати в Халдееве, богомолцу государя царя и великого князя Василья Ивановича, всеа Русин самодержца Росийскаго царствия от Бога даному таковому великому имени благочестиваго.

Адрес: Отдати в Ростове Первуше Алтунину, а он бы от­дал в Костянтиновском, или в Ростовском уезде близко Николы на бою. А в Ерославле отдати дворянину государеву Власу Фе­доровичи) Чирикову, а Влас бы пожаловал сослал, не издержав, в селцо Костянтиновское, то от него милостыня пространная, челом бью по прежней его милости. А послана после Петрова дни13 в таков же день. Для всемилостивого Бога, зослати не издержав, до рук властивых отдати. А не будет Семейкиных в Костя нтиновской, ино отдати в Халдееве священнику Василью Дмитрееву.

АСПбИИ РАН. К. 145. Собр. кн. Хилкова. On. 1. Карт. 368. Ед. хр. 10. Подлинник. СХ. N9 11. С. 13-14. Пуб­ликация.

Мир Православия. Сборник статей. Вып. 6. Волгоград, 2006. С. 251-261.

Примечания

  1. Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией (ААЭ). Т. 2, № 44, 48, 57, 58, 59, 61, 67, 74, 81, 90 и др.
  2. Любомиров П.Г. Очерки истории нижегородского ополчения. М., 1939. С. 5-6.
  3. Память нижегородского воеводы А.С. Алябьева старостам, цело­вальникам и крестьянам стародубских сол // ААЭ. Т. 2, № 112; Отписка нижегородских воевод кн. А. А. Репнина и А.С. Алябьева муромцам о по­ражении русских изменников под Нижним Новгородом // Там же. № 113.
  4. Веселовский С.Б. Дьяки и подьячие XV-XVIIвв. М., 1975. С. 333.
  5. Акты исторические, собранные и изданные Археографической эк­спедицией. СПб., 1841. № 221-227; Сборник кн. Хилкова. СПб., 1879. № 32; Архив Санкт-Петербургскою института истории Российской академии наук (АСП6ИИ РАН). К. 124. С.В. Соловьева. 1. Карт. 3. Ед. хр. 323, 349.
  6. Собрание государственных грамот и договоров. М., 1819. № 168; ААЭ. Т. 2, №96.
  7. Автор называет этого хана Сап-Гиреем и неточно датирует набег крымцев и малых нагаев на Русь 1590 г. См.: Скрынников Р.Г. Россия на­кануне «Смутного времени». М., 1985. С. 89.
  8. Тюменцев И.О. Письма защитников Троице-Сергиева монастыря, расспросные речи пленных и перебежчиков из архива Яна Сапеги // Мир Православия. Волгоград, 2004. Вып. 5. С. 223,253-255.
  9. Содержание отписки сходно по содержанию с майскими грамота­ми Василия Шуйского. Это наблюдение дает основание предположить, что письмо дьяка, гак же как публикуемое ниже под № 148 письмо неиз­вестного в Ярославль, входило в одно из почтовых отправлений, перехва­ченных сапежинцами. См.: Т.1.6,12.06 1609 г.
  10. В тексте дата пропущена.
  11. К отписке приклеен список грамоты шведского короля Карла IX новгородцам. См.: № 146.
  12. В письме приведена дата 14 (24) мая. Воины Я. Сапеги контроли­ровали Замосковье в мае 1609 г., поэтому только в это время они могли перехватить отписку из Москвы в Ярославль.
  13. 29 июня (9 июля) 1609 г.

Смотреть и скачать статью в формате pdf

Оставить комментарий