История Русской ЦерквиКожевников И.Е.Русская агиография

КОЖЕВНИКОВ И.Е. Священноисповедник Виктор (Островидов) и образование Ижевской епархии

Священноисповедник[1] Виктор (Островидов) широко известен интересующимся Церковной историей как деятель «правой церковной оппозиции» конца 20-х — начала 30-х годов двадцатого века. Однако, несмотря на интерес церковных и светских исследователей к личности владыки Виктора, в его биографии еще достаточно много белых пятен. Данная статья призвана заполнить информационный вакуум по одному из неизученных вопросов. Так, в историографии совершенно не затронут вопрос о деятельности епископа Виктора на Ижевской кафедре. Рассмотрение этой темы важно уже с той точки зрения, что Ижевская кафедра была единственной, которую Преосвященный занимал как правящий архиерей, а не викарий.

Ижевский период деятельности епископа Виктора также важен для понимания динамики взаимоотношений владыки с Высшей Церковной властью. Большое количество неопубликованных документов сделало возможной публикацию отдельной монографии по обозначенной теме[2]. Представляемая вниманию читателя статья посвящена истории вступления епископа Виктора на Ижевскую архиерейскую кафедру.

3/16 сентября 1926 года епископу Глазовскому Виктору (Островидову) распоряжением заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского) было поручено архипастырское попечение о вновь открытой Ижевской епархии[3]. Викарная Ижевская кафедра Сарапульской епархии[4] выделялась из состава последней в самостоятельную епархию согласно формулировке указа: «…в виду настойчивых ходатайств православных общин г. Ижевска и некоторых уездных. а главным образом в целях положить конец Ижевской церковной смуте»[5]. Чтобы понять смысл аргументации указа, а также чтобы ввести в историю об Ижевской церковной самостоятельности, что важно для понимания дальнейшего развития событий в упомянутой епархии, необходимо дать экскурс в историю вопроса.

Викарная епископская кафедра в Ижевске открыта 28 июня/11 июля 1921 года указом Высшего Церковного Управления за № 985 с наименованием епископа «Ижевским» и местопребыванием по городу титулатуры[6]. Идея же образования самостоятельной Ижевской епархии принадлежит, вероятнее всего, епископу Сарапульскому Алексию (Кузнецову), который в ноябре 1923 года обратился с подобным проектом к Святейшему Патриарху Тихону (Беллавину). Епископ Алексий пишет в этом докладе: «Будучи центром в торговом, промышленном и административном отношениях Ижевск является объединяющим центром и в церковном отношении, и параллельно с централизацией гражданских областных управлений выдвигает потребность и церковного епархиального управления в целях развития миссионерской деятельности среди инородцев-вотяков, которые до сих пор, как некогда Самаряне, допускают двойственность в религиозных верованиях: исполняя обряды и освящаясь Св. Таинствами Православной церкви, они в то же время допускают по-прежнему моления в рощах с жертвоприношениями. В силу вышеизложенного весьма благовременно открыть в г. Ижевске кафедру самостоятельного Епархиального Архиерея»[7]. Однако Святейшим Патриархом Тихоном подобное преобразование было сочтено несвоевременным.

Ходатайствовал епископ Алексий об открытии Ижевской епархии и перед Местоблюстителем Патриаршего престола митрополитом Петром (Полянским), но последний по этому вопросу заявил, «что ломать епархии не будет и в каком виде принял их, в таком и сдаст» [8]. Реальным же двигателем в деле преобразования Ижевского викариатства Сарапульской епархии в самостоятельную кафедру явилось нежелание «непримиримой» части Ижевского духовенства и верующих находиться в церковном подчинении Сарапульскому епископу Алексию.

Дело в том, что епископ Алексий в августе 1922 года примкнул к обновленчеству[9]. Однако, в 1923 году он принес покаяние и был принят Святейшим Патриархом Тихоном в общение, с оставлением на прежней кафедре. И, несмотря на то, что владыка привел вместе с собой в каноническое церковное подчинение фактически всю вверенную ему паству, часть ижевского духовенства продолжала считать его живоцерковником. И в этом отношении мысль о самостоятельной Ижевской епархии легла на благодатную почву, превратившись в знамя борьбы «непримиримых» ижевцев во главе с иеромонахом Аркадием (Григорьевым) с Сарапульским епископом Алексием.

Святейший Патриарх Тихон как минимум трижды[10] призывал непокорных ижевцев[11] и персонально иеромонаха Аркадия[12] к послушанию их епархиальному архипастырю своими резолюциями от 22 сентября и 30 ноября 1923 года. Не имея возможности подробно описывать всю богатую на события последовательность этой страницы Ижевской церковной истории, мы лишь схематично обрисуем эту историческую цепь, останавливаясь лишь на основных событиях.

Вернувшийся из ссылки епископ Ижевский Стефан столкнулся с двумя взаимоисключающими требованиями: «встать на каноническую почву и восстановить поминовение епархиального епископа с одной стороны и упорным противлением церковным канонам с другой»[13], выражавшееся в нежелании подчиниться правящему архиерею. В частности, иеромонах Аркадий говорил, что «скорее согласится лишиться сана, чем подчинится епископу Алексию»[14].

Желая «как-нибудь обойти создавшееся затруднение путем создания отдельного управления»[15], епископ Стефан едет к митрополиту Сергию с ходатайством об открытии самостоятельной Ижевской епархии[16]. Ходатайство возымело успех, и, учитывая удачное внешнее обстоятельство, в виде образования Вотской Автономной области, митрополит Сергий, для умиротворения церковной жизни в Ижевске, своим указом от 26 января/8 февраля 1926 года открывает в границах Ижевского викариатства самостоятельную епархию, с возможностью вхождения в нее других городов и местностей Вотобласти[17].

Это решение было опротестовано Сарапульским епископом Алексием в докладе митрополиту Сергию от 27 апреля 1926 года[18], да и фактически им не признавалось[19] [20]. Этому протесту был дан ход, и 5/18 мая 1926 года митрополит Сергий, «принимая во внимание мнение Преосвященных Архипастырей, рассматривавших дело, а также и то, что вопрос об учреждении самостоятельной епархии в г. Ижевске не проведен чрез приходские собрания и вызывает на местах даже протесты», отменяет свое распоряжение от 26 января/8 февраля 1926 года об открытии самостоятельной Ижевской кафедры, предоставляя архиерею последней права полусамостоятельного . При этом в указе сделана оговорка, что Сарапульский архиерей «вмешивается в дела викариатства (при обычном течении дел) лишь в качестве второй инстанции… и всякие свои распоряжения, советы и заключения сообщает викариатству чрез Преосвященного Ижевского»[21].

После принятия этого решения Высшей Церковной Властью епископ Стефан, «не находя в себе присутствия духа, чтобы. начать поминовение Правящего Епископа и принуждать к тому же духовенство»[22], сначала добивается у митрополита Сергия своего увольнения в отпуск, а затем и на покой[23]. Оппозиционное епископу Алексию ижевское духовенство не могло смириться с утратой самостоятельности Ижевской кафедры и организовало несколько делегаций к митрополиту Сергию. Для того чтобы у последнего имелся весь спектр мнений по ижевскому вопросу, к митрополиту едет и протоиерей Николай Тонков, представлявший духовенство, покорное воле священноначалия[24]. Результатом встречи с митрополитом Сергием двух представителей противоположных ижевских настроений явилось послание митрополита от 4/17 июля 1926 года «О несогласии между Преосвященным Е. Сарапульским Алексием и некоторыми приходами Ижевского викариатства, отказывающими в поминовении Преосвященному»[25].

В этом послании митрополит Сергий говорит о том, что, не признавая над собой власть епископа Алексия, ижевцы «уже судят самого Патриарха и весь собор православных архиереев» [26], потому что «Св. Патриарх с собором православных архиереев, рассмотрев вины и выслушав покаяние Е. Алексия, не только приняли его в общение, но и утвердили ему по-прежнему быть на Сарапульской кафедре»[27]. Митрополит Сергий также напоминает «непримиримым» о канонических последствиях их упорства, но, дабы «формальная правда не привела к величайшей неправде», предлагает епископу Алексию устроить общее собрание недовольных приходов для выяснения всех претензий и недоразумений.

Предлагаемое митрополитом Сергием собрание состоялось 2/15 августа 1926 года. Прихожане Александро- Невского собора, Покровской, Троицкой, Введенской церквей и церкви села Киюка постановили «прийти к обоюдному примирению при выполнении Епископом Алексием нижепоименованных условий, на каковые им выражено согласие: 1) Не препятствовать и всеми мерами способствовать к открытию самостоятельной Вотской епархии… 2) Оставить на прежних местах всех священно-церковнослужителей, находящихся на службе к данному моменту в вышеупомянутых 5-ти церквах… 3) Все распоряжения и указы, касающиеся викариатства должны быть направляемы через викарного епископа, а за отсутствием его, через благочинного»[28] и т. д.

Митрополиту Сергию был отправлен рапорт о примирении с протоколом собрания, но на собрании не присутствовал идеолог несогласных — иеромонах Аркадий. Его отсутствие и непримиримость во многом свели на нет положительный эффект собрания 2/15 августа, т. к. несогласной группой также было отправлено сообщение митрополиту Сергию о срыве собрания и несостоявшемся примирении, ввиду чего последний позволил и далее не поминать «несогласным» епископа Алексия[29].

Ижевцы хотели иметь свою самостоятельную кафедру, поэтому по инициативе Александро-Невского собора г. Ижевска[30], обратившегося к церквам Ижевского викариатства 5/18 июля с предложением сформулировать свою позицию по этому вопросу, шел сбор мнений и отзывов приходских советов по вопросу открытия Ижевской епархии. Но мнение большинства приходов в этом вопросе говорило об их нежелании иметь таковую. Вследствие этого иеромонах Аркадий и его сподвижники организовали собственный сбор подписей в пользу открытия епархии и представили новое ходатайство митрополиту Сергию[31], результатом которого явилось распоряжение о вторичном преобразовании Ижевского викариатства в самостоятельную епархию.

Итак, 3/16 сентября митрополит Сергий постановил: «I. Обратить Ижевское викариатство Сарапульской епархии в самостоятельную епархию в составе православных приходов, находящихся в пределах Вотской области и доселе принадлежавших названному викариатству. II. Впредь до назначения на свободную Ижевскую кафедру архиерея, поручить вновь открытую епархию архипастырскому попечению Преосвященного Глазовского Виктора»[32].

Необходимо отметить, что епископ Виктор только в августе был освобожден из внутренней тюрьмы ОГПУ в Москве, где находился под следствием с мая 1926 г. [33]. 20 августа Особое Совещание Коллегии ОГПУ вынесло решение по следственному делу: лишить Островидова Виктора Александровича права проживания в Москве, Ленинграде, Харькове, Киеве, Одессе, Ростове-на-Дону, Вятке и соответствующих губерниях, с прикреплением к определенному месту жительства на три года[34] . Епископ Виктор выбрал таким местом город Глазов Вотской автономной области.

По дороге из Москвы в Глазов владыка Виктор заехал в Нижний Новгород к Заместителю Патриаршего Местоблюстителя митрополиту Сергию, который дал ему «поручение[35], руководствовать Вятской епархией вместо епископа Симеона, отозванного в Чебоксары» . Таким образом, являясь викарным Глазовским архиереем, епископ Виктор имел на правах временного управляющего в своем распоряжении две епархии: с 6/19 августа 1926 г. Вятскую и с 3/16 сентября того же года Ижевскую[36].

Сарапульский епископ Алексий отреагировал протестом на новое преобразование Ижевского викариатства в самостоятельную епархию. Получив известие об этом, епископ Алексий отправляет митрополиту Сергию телеграмму: «Ижевским благочинным получена от Шишкина из Москвы телеграмма вновь открыта епархия неужели Вы это сделали без отзыва епархиального архиерея» [37]. Как содержание текста телеграммы, так и наличие в архивном деле нескольких черновиков последней говорят о неожиданности для Сарапульского епископа такого решения Высшей Церковной власти и судорожной на это решение реакции. Получив текст распоряжения митрополита Сергия от 3/16 сентября 1926 года, епископ Алексий 22 сентября «разразился» претенциозно-обвинительным докладом в адрес митрополита. Приведем текст этого доклада.

«Получив Ваше распоряжение от 3/16 сентября 1926 г. об открытии Вами Ижевской самостоятельной кафедры и прочитав его, я пришел в недоумение, которое и намерен и считаю долгом Вам высказать:

Я просил Вас повременить с этим вопросом впредь до полного церковного успокоения в Ижевске и, давая обещание не препятствовать открытию Ижевской самостоятельной кафедры, я не давал обещания, что это может быть совершено без ведома Епархиального Архиерея и без совета с ним по этому важному вопросу, по которому имеется два противоположных течения в Ижевском викариатстве: одни желают открытия самостоятельной кафедры, другие не желают. Вы поспешили и основываясь на мнении желающих, открыли кафедру, не посоветовавшись с местным Епархиальным Архиереем, как того требуют Соборные определения 1917­1918 года от 26 июля/8 августа 1918 г. § 5, стр. 21.

Вы, открывая Ижевскую самостоятельную кафедру, полагаете, что положите конец Ижевской церковной смуте, питаемой непримиримыми разногласиями между Епархиальным Архиереем и Ижевцами, но уверены ли Вы в этом? Из имеющейся у Вас переписки Вы знаете кто является причиною церковных несогласий! Личность [38] иеромонаха Аркадия Вам обрисована с достаточною полнотою не только Епархиальным Архиереем, но и всем Ижевским духовенством просившим принять меры в отношении его. И меры эти приняты. Вероломный иеромонах Аркадий, попиравший церковные каноны, восторжествовал, не призван даже к послушанию, и он оказался прав, а все Ижевское духовенство, признавшее Епархиального Архиерея и поминавшее его, оказалось не правым. Тот кто шел против Епархиального Архиерея, упорствовал, торжествует теперь, а духовенство стоявшее на канонической основе, опечалено» [39].

На этом докладе митрополит Сергий 7/30 сентября наложил такую резолюцию: «Ижевская епархия открыта в составе приходов, принадлежавших к ней, как викариатству. Приходы Елабужского, Боткинского и др. викариатств, находящиеся в пределах Ботобласти, могут поднять вопрос о присоединении к Ижевской Епархии, но пока не присоединяются. Наоборот, приходы Ижевского викариатства, не входящие в Вотобл[асть], призываю отчислиться в Сарапульскую Епархию с ее викариатствами. Резолюция говорит об этом ясно» [40].

На гневное послание епископа Алексия от 22 сентября митрополит Сергий ответил частным письмом (написано митр. Сергием от руки) от 18 сентября/1 октября 1926 г. следующего содержания: «Дорогой Владыка! Вы сердитесь за открытие Ижевской Епархии. Но что же остается, если мне приходится изобретать всякие способы чтобы как-[нибудь][41] умиротворить Вашу Епархию. Если бы беда была в одном [Иже]вске, но, ведь у вас, тоже идет в Елабуге. Несомненно, тоже [было] бы и в Воткинске, если бы [там] был другой архиерей, а не [Он]исим и если бы там не было местной фонтанели в лице [еп. Ио]анна. У Вас какое-то особое [сво]йство заводить тяжбы с викариатствами. Конечно, есть [недо]разумения и в других епархиях. Но [там так] и видно, что это [мелкое и стихийное], а не система! А посему [я] все более и более [скло]няюсь к мысли, что Вам луч[ше] переменить Епархию, иначе [и] сами измучитесь, и паству [изм]учаете, да и мне с Вами покоя не будет. Я предлагаю Вам выбор: Витебск, Псков и Могил[ев]. Там викариатств по одному. [Энергии] Вам не занимать. Все эти [епар]хии нуждаются в архипастырск[ом] попечении, да и от родины Вам недалеко. Пожалуйста, прими [те] это во внимание и дайте [от]вет. Я тогда пущу дело в ход. Прошу Ваших молитв. Митрополит Сергий» [42]. На письме почерком епископа Алексия написано: «Отказываюсь. 1926 г. 6 октября» [43].

В самой Ижевской епархии это новое преобразование было встречено с удивлением и недоверием. Так, протоиерей Николай Тонков пишет в письме к епископу Алексию от 24 сентября 1926 г.: «Удивительна тактика Митрополита Сергия. Ведь ему известно, что вопрос об открытии епархии в Ижевске — вопрос спорный, что сторонники открытия епархии — люди сомнительные в православии; что согласие на ходатайство [об] открытии епархии бралось через сильную агитацию — насильственно, и потому ясный вывод — обсуждение этого вопроса на объединенном собрании представителей с территорий предполагаемой епархии» [44].

А благочинный 2-го и 3-го округов Ижевской епархии 12 октября 1926 г. писал епископу Алексию: «8-го октября с/г. мною было получено официальное извещение от Благочинного гор. Ижевска о. Владимира Замятина с копиями распоряжений, об открытии самостоятельной Ижевской Епархии, Митрополита Сергия и Епископа Глазовского Виктора о поминовении его за богослужением вместо Вас и Епископа Стефана. Когда я прочитал извещение своей братии, то они поколебались в вере сему и просили сделать Вам запрос, к чему и я присоединяюсь: действительно ли так все произошло? Почему извещение идет не от Вашего имени? Вот почему мы поминаем за богослужением и Вас и Еп. Виктора, и потому же я не известил свое благочиние о содержании сего извещения»[45].

Епископ Виктор сообщил о своем назначении благочинного г. Ижевска следующим письмом от 20 сентября/ 3 октября 1926 г.: «Благочинному Градских церквей г. Ижевска, Протоиерею Владимиру Ильичу Замятину, а через него и всем пастырям и благочинным Ижевской епископии. Волею Божиею и распоряжением патриаршего местоблюстителя, высокопреосвященнейшего Митрополита Сергия от 3/16 Сентября с/г Ижевское Викариатство Сарапульской Епархии обращено в самостоятельную епархию. Временное попечение Ижевской Епископии и возносить впредь при богослужениях в установленном порядке вместо имен епископов Алексия и Стефана мое имя. Мир Божий да будет в сердцах Ваших и благословение Божие да почиет на трудах Ваших. Любящий Вас и всю паству Ижевскую любовию во Христе Виктор Епископ Глазовский»[46].

Будучи обязанным подпиской о невыезде, владыка отказывался от поездки в Ижевск[47]. Однако председатель приходского совета кафедрального Александро-Невского собора Ижевска Шишкин телеграфировал владыке, что все формальности для его приезда улажены[48]. Получив такую информацию, епископ Виктор десятого октября прибывает в Ижевск[49]. Прибыв утром воскресного дня, владыка «отслужил в Александровском соборе литургию с благодарственным молебном, затем вечерню с молебном и акафистом Св. Благов. Князю Александру Невскому»[50].

Властями было разрешено пребывание епископа Виктора в Ижевске до 18 октября[51], поэтому он назначил богослужения со своим участием в Покровской церкви на престольный праздник Покрова Пресвятой Богородицы (14 октября) и в Михайловском соборе в воскресенье 17 октября[52].

Впечатление владыки Виктора о Михайловском соборе настоятель этого храма передает такими его (еп. Виктора) словами: «Как только я увидел этот храм и сразу же дал слово отслужить в нем». Но, вопреки ожиданиям, ижевцы не увидели своего нового архиерея ни на Покров, ни в воскресенье 17 октября[53]. Епископ Виктор был вынужден покинуть Ижевск утром 13 октября[54]. Произошло это в силу следующих обстоятельств.

Шишкин, «испрашивая в Адмотоделе разрешение на въезд Епископа в Ижевск, не сказал, что последний обязан подпиской о невыезде из Глазова»[55]. Результатом такой неосмотрительности приглашающей стороны стало то, что владыку два раза «приглашали в гости»[56] и, судя по всему, обвиняли еще и во «вторжении в Ижевск самовольно, в чем он (еп. Виктор. — К. И.) оправдывался предъявлением телеграммы Шишкина» [57].

Как размышлял настоятель Михайловского собора протоиерей Николай Тонков, дело могло обстоять так: «Открытию Ижевской епархии в январе-феврале месяце предшествовало разрешенное Адмотделом собрание для обсуждения вопроса об открытии епархии. А после аннулирования епархии, о чем власти были поставлены в известность, разрешения на собрание для обсуждения вопроса об организации епархии никто не брал, а посему местные власти открытия епархии не признают и епархиальным архиереем признать Ижевцам предлагают или епископа Алексия, или Симеона»[58].

Раздосадованный столь «теплым» приемом, епископ Виктор, уезжая, «выказал большое недовольство Александровским советом; иеромонаху Аркадию и иже с ним»[59], а также «категорически заявил, чтобы с жалобами и кляузами к нему не обращались»[60].

За несколько дней до этих событий епископ Симеон (Михайлов)[61] запросил частным письмом у прот. Николая Тонкова, «занята ли Ижевская кафедра» [62]. На что получил ответ, что в Ижевске «открыта самостоятельная епархия[63], временное управление которой поручено… епископу Виктору впредь до назначения на Ижевскую кафедру постоянного архиерея»[64]. Затем протоиерей Николай Тонков проинформировал епископа Симеона и о произошедшей с епископом Виктором в Ижевске историей[65]. Получив такой набор информации, епископ Симеон едет в Нижний Новгород к Заместителю Патриаршего Местоблюстителя митрополиту Сергию и ходатайствует о собственном назначении на Ижевскую кафедру.

Митрополит Сергий, видимо, для принятия решения хотел знать, не собирается ли сам епископ Виктор принять управление Вотской епархией на постоянной основе[66].

Епископ Симеон сделал соответствующий запрос прот. Н. Тонкову, на что последний телеграфировал: «Епископ Виктор [неразборчиво] желания не изъявил» [67]. После этого Митрополит Сергий своим распоряжением от 7/20 октября 1926 г. . предложил епископу Симеону принять во временное попечение приходы Ижевской епархии[68].

Вслед за этим епископ Симеон, по предложению митрополита Сергия, сносится письменно с самим епископом Виктором и сообщает следующее: «…до получения от Вас (т. е. от еп. Виктора. — К. И.) письменного уведомления, что Вы сами не собираетесь переехать в Ижевск, и отказываетесь от Ижевской епархии, я просил митрополита Сергия не назначать меня на Ижевскую кафедру, а поручить мне лишь временное управление ея»[69]. На этот запрос епископ Виктор ответил: «Советую поскорее получить назначение на Ижевскую кафедру и тем успокоиться и прекратить свои мытарства»[70]. Итак, в конце октября епископ Симеон прибывает в Ижевск.

Крайне «правая» группа верующих ижевцев враждебно встретила нового архиерея. «Не успел Е[пископ] Симеон послужить ни в одной церкви, как делегация во главе с Парасковьей вручает ему заявление от имени прихожан А[лександро]-Н[евского] собора, в котором пишут: „Нам известно, что вы живоцерковник и григорианец, а потому просим для служения в А[лександро]-Н[евский] собор не являться, пока не будет выяснен вопрос о Вашем семейном положении и о семейном положении Вашего келейника, живущего якобы с женой“»[71].

Затем владыке был вручен протокол заседания приходского совета Александро-Невского собора, на котором был поставлен на голосование вопрос о приглашении епископа Симеона для служения в соборе; из пятнадцати членов совета девять голосовали за приглашение и шесть членов воздержались от прямого ответа[72].

Вслед за этим через благочинного епископу Симеону было подано заявление от прихожан закрытой Введенской церкви, также входящих в общину Александро-Невского собора, «где просят благочинного отклонить назначенное в А[лександро]-Н[евском] соборе архиерейское служение в виду того что „по церковной практике монахи не могут быть женатыми, а у е [пископа] Симеона келейник живет с женой“»[73]  .

Столкнувшись со столь «дружелюбным» приемом епископ Симеон «сложил свои пожитки и собрался уехать» [74], но его упросили отслужить в Михайловском соборе. После этих событий епископ Симеон 31 октября спешно отбыл в Глазов[75]. Прихожане Александро-Невского собора, не обнаружив на богослужении в день чествования Казанской[76] иконы Богоматери нового епископа и узнав о документах, из-за которых епископ Симеон покинул Ижевск, «страшно возмутились против этих Парасек и Ко»[77], которые самочинно выступили от лица всей общины. Но, как бы там ни было, епископ Симеон отказался от Ижевской кафедры, несмотря на предложение митрополита Сергия управлять теми приходами, которые будут его (еп. Симеона) признавать[78].

За это время у епископа Виктора собрались дела по Ижевской епархии, и он был в недоумении, «передать ли Еп. Симеону, оставившему Ижевск, поступившие дела по

Ижевской епархии, или дело его считать оконченным»[79]. Для разрешения этого недоумения епископ Виктор обращается письмом к Заместителю Патриаршего Местоблюстителя митрополиту Сергию.

14/27 ноября 1926 года[80] митрополит Сергий дал на этом письме следующую резолюцию: «Я введен был в заблуждение телеграммой протоиерея Тонкова. Назначение Преосвященного Епископа Симеона была лишь попытка в исполнение его желания. Управление Ижевской Епархией от Вас отнимать никто не думает. М. С.»[81]. На основании данной резолюции митрополита Сергия епископ Виктор вновь вступает во временное исполнение обязанностей управляющего Ижевской епархией, известив об этом благочинного города Ижевска протоиерея Владимира Замятина[82].

Вторично вступив во временное управление Ижевской епархией, епископ Виктор совершил процессуально ошибочное, с точки зрения канонических правил, действие. Епископ Виктор перечислил 20/7 января 1927 года в Ижевскую из Сарапульской епархии село Старые Зятцы без согласования этого вопроса с правящим Сарапульским архиереем Алексием (Кузнецовым). Последний был извещен об этом перечислении 22 января 1927 года отношением за № 43 Глазовского Духовного Управления в такой форме: «В исполнение распоряжения Преосвященнейшего Виктора, Епископа Глазовского, вр. управляющего Ижевской Епархией, Духовное Управление имеет честь представить Вам копию его резолюции от 20/7 января 1927 г. за № 57 следующего содержания: „…в виду того, что граждане СССР свободны по своим религиозным убеждениям избирать себе по своему желанию духовных руководителей, а также принимая во внимание резолюцию Заместителя Патриаршего Местоблюстителя Митрополита Сергия о том, что в состав самостоятельной Ижевской епархии могут входить все приходы на территории Вотобласти, если они пожелают присоединиться к Ижевской епархии, благословляется причту и приходскому совету церкви села Старые Зятцы согласно неоднократному постановлению приход. Совета (1925 г. 10-го мая прот. №2; 1926 г. 30 мая прот. № 3; 1926 г. 2-го июля прот. № 4; 1926 г. 14-ноября прот. № 6) считать себя находящимися в ведении Ижевской епархии“»[83]. При принятии такого решения епископ Виктор мог руководствоваться указом о первом открытии Ижевской епархии от 26 января/8 февраля 1926 года, в котором говорится: «Оповестить и другие местности и города, вошедшие в Вотобласть, на предмет возбуждения ими, если пожелают, ходатайства о включении их в Ижевскую епархию»[84].

Возможность ходатайства приходов с территории Вотской области о включении в Ижевскую епархию подтверждается и резолюцией митрополита Сергия от 7/30 сентября  [85] на докладе епископа Алексия, хотя содержания этой резолюции епископ Виктор и не знал. Но, поскольку в этих документах не указывается точная процедура перечисления приходов из других епархий в состав Ижевской, такое перечисление должно было осуществляться в соответствии с общими каноническими правилами. Так, согласно 34-му правилу Св. Апостолов, 8­му пр. III Вселенского собора, 9-му пр. Антиохийского собора, 64-му и 67-му пр. Карфагенского собора и др. епископ может «творити только то, что касается до его епархии»[86], «чтобы от определенного состава приходов, ни единое место не было отторгаемо, и не получало особого епископа, разве по согласию имеющего власть над оным» [87].

Таким образом, перечисление села Старые Зятцы в Ижевскую епархию необходимо было согласовать с Сарапульским епархиальным архиереем — епископом Алексием (Кузнецовым).

На основании этого факта между епископами Виктором (Островидовым) и Алексием (Кузнецовым) завязалась острая по характеру переписка. Особую напряженность епископским посланиям придавал тот факт, что епископ Алексий не признавал законными полномочий епископа Виктора по Ижевской епархии после оставления последней епископом Симеоном (Михайловым).

Так на отношение Глазовского Духовного Управления от 22 января епископ Алексий 28 января 1927 г. ответил пространной резолюцией: «Возвратить обратно по принадлежности, с просьбою к Преосвященному Виктору — не вторгаться в пределы Сарапульской епархии явочным порядком, без предварительного сношения с местным Епархиальным Архиереем, согласно правил 8-го 3-го Всел. Соб., 9-го Антиох., Карф. 64 и 67 и не вносить этим разделения в Сарапульской Епархии, тем более потому, что целые благочиннические округа (2, 3, 4) не желают входить в состав Ижевской Епархии и просят меня быть их духовным руководителем; село же С. Зятцы находится в пределах Сарапульской Епархии и перечислять его в Ижевскую, не объяснившись с Сарапульским Епископом, неканонично; кроме того, Епископом Ижевским считается Симеон (Михайлов), с назначением которого полномочия епископа Виктора по отношению Ижевской кафедры ликвидировались, и если Епископ Симеон теперь не состоит Ижевским Епископом, и если Епископ Виктор не имеет вторичного поручения управлять Ижевской кафедрой, то, значит, Епископу Виктору не принадлежит право вмешиваться в дела Ижевской кафедры; а посему, просил бы Преосвященного Виктора Епископа Глазовского, Викария Вятской Епархии, предоставить мне письменное подтверждение того, что ему, Епископу Виктору, Заместителем Патриаршего Местоблюстителя М. Сергием, предоставлено письменно вновь управлять Ижевской кафедрой; если же Преосвященный Виктор такого письменного подтверждения не представит, то управление им Ижевской кафедрой с канонической точки зрения будет самочинным церковным деянием; а так как Епископу Виктору, вероятно, не безызвестно то, что на местах многие Ижевские приходы не желают самостоятельности Ижевской Епархии и просятся обратно в состав Сарапульской Епархии, и что в настоящее время Заместитель Патриаршего Местоблюстителя отсутствует, а ему только принадлежит возможность, как открывшему Ижевскую кафедру, вновь рассмотреть этот вопрос, в виду новых протестов с мест, то я полагал бы, что Викарий Вятской Епархии, вторично вступивший в управление Ижевской кафедрой, неизвестно на основании каких письменных распоряжений (в Ижевской Епархии нет распоряжения о вторичном управлении ею Еп. Виктором, если Еп. Симеон освобожден от данного ему назначения на Ижевскую кафедру, о чем в Ижевске нет никаких письменных распоряжений М. Сергия), превышает свои полномочия, с канонической стороны, чем вносит нежелательное церковное разделение в чуждой ему Епархии (Сарапульской) и вызывает недоумение и смущение среди духовенства Селтинского Благочиннического Округа, в составе которого находится Старо-Зятцинский приход, о чем и считаю долгом сообщить Глазовскому Духовному Управлению, с просьбой, чтобы оно по всем церковным вопросам, касающимся Сарапульской Епархии, в случае потребности в этом, непременно бы сносилось предварительно с сарапульским Епархиальным Архиереем» [88].

Полемика о полномочиях епископа Виктора по Ижевской епархии была закрыта указом [89] митрополита Сергия 4/21 мая 1927 года, которым Ижевская епархия была преобразована в Вотскую при присоединении к ней приходов Глазовской епископии Вятской епархии, находящихся в пределах Вотской Автономной области, а преосвященному Глазовскому Виктору было поручено «архипастырское попечение о приходах вновь учрежденной Вотской Епархии в звании Епископа Ижевского и Вотского[90]»[91].

Сборник студенческих научных работ / Под. Ред. А.К. Светозарского: Кафедра Церковной истории МПДА. Сергиев Посад, 2010. С. 60-80.

Примечания

[1] Для удобства изложения материала в докладе нами будут использоваться имена и титулы владыки, актуальные для вспоминаемого временного периода.

[2] Поляков А. Г., Кожевников И. Е. «Виктор (Островидов) — епископ Ижевский и Вотский». Киров, 2009.

[3] Архивный отдел администрации города Сарапула (АОАГС). Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 161.

[4] Сарапульская самостоятельная епархия была образована указом Святейшего Патриарха, Священного Синода и Высшего Церковного Совета от 25 августа/7 сентября 1918 года, выделением одноименного викариатства из состава Вятской епархии (АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 381. Л. 3—3 об.).

[5] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 161.

[6] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 101.

[7] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 102.

[8] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 91.

[9] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 95—97 (Устав «Живой церкви», подписанный епископом Алексием).

[10] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 78об. (Рапорт митрополиту Сергию приходского совета Михайловского собора г. Ижевска. В нем передается без датировки третья резолюция Святейшего Патриарха Тихона, эта резолюция, согласно документу, является результатом епископского суда над еп. Алексием, признавшего Сарапульского архиерея православным).

[11] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 78.

[12] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 90.

[13] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 79 об.

[14] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 79.

[15] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 62 об. (Рапорт еп. Стефана еп. Алексию от 11/24 июня 1926 г.).

[16] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 79 об.

[17] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 2.

[18] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 21—22.

[19] В письме от 28 марта 1926 г. еп. Алексий называет еп. Стефана викарием и требует от него поминовения своего имени за богослужением (АОАГС.Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 13).

[20] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 46.

[21] Там же.

[22] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 62.

[23] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 146, 147.

[24] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 74—74 об.

[25] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 107.

[26] Там же.

[27] Там же.

[28] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 130—130 об.

[29] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 132.

[30] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 93—93 об.

[31] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 155 об.

[32] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 161 (Распоряжение митр. Сергия (Страгородского). Оригинал).

[33] Государственный архив социально-политической истории Кировской области (Ф. 6799. Оп. 9. Д. СУ—11383. Л.150, 151).

[34] Дамаскин (Орловский), игум. // Православная Энциклопедия. Том VIII. М, 2004. С.430.

[35] Поручение датировано 6/19 августа 1926 года (ААС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15).

[36] Вятский Епархиальный Архив. Материалы по вопросу о канонизации епископа Виктора (Островидова).

[37] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15.

[38] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 160.

[39] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 171—171 об.

[40] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 171.

[41] Текст письма сильно поврежден, квадратными скобками обозначены поврежденные, либо трудночитаемые фрагменты текста.

[42] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 172—172 об.

[43] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 172 об.

[44] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 164—164 об.

[45] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 174—174 об.

[46] Центральный Государственный Архив Удмуртской Республики (Ф.Р-452. Оп. 1. Д. 129. Л. 90). Документ любезно предоставлен автору к.и.н. А. Г. Поляковым.

[47] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 176.

[48] Там же.

[49] Там же.

АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 176.

АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 176 об.

Там же.

Там же.

Там же.

АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 178.

АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 176 об.

Там же.

[58] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 177.

[59] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 177 об.

[60] Там же.

[61] Необходимо пояснить, что еп. Симеон (Михайлов) до освобождения еп. Виктора из-под следствия был временно управляющим Вятской епархией. С поручением же такового еп. Виктору еп. Симеон был назначен епископом Чебоксарским. Но по причине произошедшей в канцелярии митрополита Сергия путаницы остался без кафедры, так как Чебоксарская епархия в момент назначения имела епархиального архиерея (АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15; Л. 17 об.).

[62] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 178 об; Л. 229 об.

[63] Цитируется письмо прот. Николая Тонкова к еп. Виктору (Островидову).

[64] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 229 об.

[65] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 229об.

[66] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 178 об; Л. 226 об; Л. 227.

[67] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15.

[68] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 232 (Письмо еп. Виктора еп. Алексию от 5/18 февраля 1927 г.).

[69] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 232.

[70] Там же.

[71] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 186—186 об.

[72] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 186 об.

[73] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 189.

[74] Там же.

[75] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 180; Л. 189 об.

[76] 4 ноября.

[77] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 189—189 об.

[78] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 184.

[79] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15.

[80] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 217.

[81] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 232.

[82] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 217.

[83] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 214.

[84] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 2.

[85] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 171.

[86] Книга правил святых апостол, святых Соборов Вселенских и поместных и святых отец. М.: Русский Хронограф, 2004. С. 19.

[87] Там же. С. 208.

[88] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 214—214 об.

[89] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 109—109 об.

^Непосредственно в тексте указа стоит слово «Воткинского», но, по нашему мнению, это нужно рассматривать как опечатку, т. к. город Воткинск не входил, согласно этому документу, в пределы епархии, да и речь в указе идет об образовании Вотской епархии, т. е. логично епископу Вотской епархии носить титул «Вотский».

[91] АОАГС. Ф.64. Оп. 1. Д. 355. Л. 109 об.

Примечания

[1] Для удобства изложения материала в докладе нами будут использоваться имена и титулы владыки, актуальные для вспоминаемого временного периода.

[2] Поляков А. Г., Кожевников И. Е. «Виктор (Островидов) — епископ Ижевский и Вотский». Киров, 2009.

[3] Архивный отдел администрации города Сарапула (АОАГС). Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 161.

[4]   Сарапульская самостоятельная епархия была образована указом Святейшего Патриарха, Священного Синода и Высшего Церковного Совета от 25 августа/7 сентября 1918 года, выделением одноименного викариатства из состава Вятской епархии (АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 381. Л. 3—3 об.).

[5] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 161.

[6] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 101.

[7] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 102.

[8] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 91.

[9] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 95—97 (Устав «Живой церкви», подписанный епископом Алексием).

[10] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 78об. (Рапорт митрополиту Сергию приходского совета Михайловского собора г. Ижевска. В нем передается без датировки третья резолюция Святейшего Патриарха Тихона, эта резолюция, согласно документу, является результатом епископского суда над еп. Алексием, признавшего Сарапульского архиерея православным).

[11] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 78.

[12] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 90.

[13] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 79 об.

[14] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 79.

[15] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 62 об. (Рапорт еп. Стефана еп. Алексию от 11/24 июня 1926 г.).

[16] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 79 об.

[17] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 2.

[18] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 21—22.

[19] В письме от 28 марта 1926 г. еп. Алексий называет еп. Стефана викарием и требует от него поминовения своего имени за богослужением (АОАГС.Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 13).

[20] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 46.

[21] Там же.

[22] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 62.

[23] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 146, 147.

[24] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 74—74 об.

[25] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 107.

[26] Там же.

[27] Там же.

[28] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 130—130 об.

[29] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 132.

[30] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 93—93 об.

[31] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 155 об.

[32] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 161 (Распоряжение митр. Сергия (Страгородского). Оригинал).

[33] Государственный архив социально-политической истории Кировской области (Ф. 6799. Оп. 9. Д. СУ—11383. Л.150, 151).

[34]  Дамаскин (Орловский), игум. // Православная Энциклопедия. Том VIII. М, 2004. С.430.

[35] Поручение датировано 6/19 августа 1926 года (ААС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15).

[36]  Вятский Епархиальный Архив. Материалы по вопросу о канонизации епископа Виктора (Островидова).

[37] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15.

[38] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 160.

[39] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 171—171 об.

[40] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 171.

[41]     Текст письма сильно поврежден, квадратными скобками обозначены поврежденные, либо трудночитаемые фрагменты текста.

[42] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 172—172 об.

[43] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 172 об.

[44] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 164—164 об.

[45] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 174—174 об.

[46] Центральный Государственный Архив Удмуртской Республики (Ф.Р-452. Оп. 1. Д. 129. Л. 90). Документ любезно предоставлен автору к.и.н. А. Г. Поляковым.

[47] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 176.

[48] Там же.

[49] Там же.

АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 176.

АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 176 об.

Там же.

Там же.

Там же.

АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 178.

АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 176 об.

Там же.

[58] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 177.

[59] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 177 об.

[60] Там же.

[61]  Необходимо пояснить, что еп. Симеон (Михайлов) до освобождения еп. Виктора из-под следствия был временно управляющим Вятской епархией. С поручением же такового еп. Виктору еп. Симеон был назначен епископом Чебоксарским. Но по причине произошедшей в канцелярии митрополита Сергия путаницы остался без кафедры, так как Чебоксарская епархия в момент назначения имела епархиального архиерея (АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15; Л. 17 об.).

[62] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 178 об; Л. 229 об.

[63] Цитируется письмо прот. Николая Тонкова к еп. Виктору (Островидову).

[64] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 229 об.

[65] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 229об.

[66] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 178 об; Л. 226 об; Л. 227.

[67] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15.

[68] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 232 (Письмо еп. Виктора еп. Алексию от 5/18 февраля 1927 г.).

[69] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 232.

[70] Там же.

[71] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 186—186 об.

[72] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 186 об.

[73] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 189.

[74] Там же.

[75] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 180; Л. 189 об.

[76] 4 ноября.

[77] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 189—189 об.

[78] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 184.

[79] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 15.

[80] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 217.

[81] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 232.

[82] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 217.

[83] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 214.

[84] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 2.

[85] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 171.

[86] Книга правил святых апостол, святых Соборов Вселенских и поместных и святых отец. М.: Русский Хронограф, 2004. С. 19.

[87] Там же. С. 208.

[88] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 348. Л. 214—214 об.

[89] АОАГС. Ф. 64. Оп. 1. Д. 355. Л. 109—109 об.

^Непосредственно в тексте указа стоит слово «Воткинского», но, по нашему мнению, это нужно рассматривать как опечатку, т. к. город Воткинск не входил, согласно этому документу, в пределы епархии, да и речь в указе идет об образовании Вотской епархии, т. е. логично епископу Вотской епархии носить титул «Вотский».

[91] АОАГС. Ф.64. Оп. 1. Д. 355. Л. 109 об.

Смотреть и скачать статью в формате pdf

Оставить комментарий