Мурилкин П.Нравственное богословие

МУРИЛКИН П. Смысл страданий человека в наследии святых отцов-Каппадокийцев

Введение

Тема данного доклада обусловлена необходимостью от­разить и проанализировать учение святых отцов-Каппа­докийцев, а также в этой связи опыт их нравственной тео­дицеи. Данные знаменитые церковные авторы, являясь яркими представителями «золотого века» святоотеческой письменности, в своих трудах глубоко и точно выразили учение Церкви относительно проблемы мирового зла. Свя­тители Василий Великий, Григорий Богослов и Григорий Нисский, будучи живыми носителями Церковного Пре­дания, дали полноте христианского мира и всему прочему миру мудрый ответ на извечный животрепещущий вопрос человечества относительно происхождения зла и осмысле­ния всегда сопутствующих ему таких негативных феноме­нов, как беды и страдания.

Тема страдания и зла в мире в условиях нынешнего зем­ного бытия является одной из наиболее актуальных для людей. Человек, внутренне постоянно стремящийся к бла­годенствию и покою, не может в своем уме и сердце прими­риться со всеми бедами и страданиями во всех их многооб­разных проявлениях, сопутствующих ему на протяжении жизни. Данный внутренний конфликт обусловлен тем, что страдания и зло, как сила, воздействующая негатив­но и разрушающе на человека, лишает его комфорта и до­ставляет крайнее неудовольствие. Зачастую случающие­ся беды носят характер «невинных», то есть беспричинных и неоправданных, как, например, страдания детей и пра­ведников. Всякое страдание, даже самое малейшее, ка­жется человеку бессмысленным, ведь в людях живет сти­хийная, неистребимая жажда счастья и радости наряду с уверенностью в том, что эта жажда вполне законна[1]; непри­миримое восприятие человеком страданий как деструктив­ного феномена свидетельствует об их, казалось бы, бессмыс­ленности, а также ставит под сомнение ценность и значение жизни. По словам А.И. Осипова, вопрос о страданиях, сви­детельствующих якобы против бытия Бога-Любви, проис­ходит из непонимания природы этих страданий и попытки их осмысления с юридической точки зрения, с априорной позиции их незаконности и несправедливости [2].

Естественный протест человечества против зла оставал­ся бы неразрешенным, если бы люди не получили Божест­венное новозаветное Откровение об истинном смысле бы­тия человека, его жизненном предназначении и нормах нравственной христианской жизни. Святые отцы-Каппа­докийцы в своих произведениях разъяснили смысл и зна­чение жизненных скорбей, сопутствующих человеку, дали ответ на сложнейший вопрос о согласовании христианско­го учения о Всеблагом Боге с наличием в мире зла и стра­даний.

Определение зла в трудах святых отцов-Каппадокийцев

Рассуждения святых отцов-Каппадокийцев относитель­но зла и страданий находятся в прямой связи с разными важными аспектами христианского вероучения, такими как учение о Боге Творце и Его благости, грехопадении чело­вечества, его Искуплении. Для того чтобы яснее и полнее понять суть святоотеческого подхода к проблеме страда­ния, необходимо определиться с теми основополагающими утверждениями, которые для святых отцов-Каппадокийцев служат основой в их рассуждениях касательно проблемы зла и страданий.

Во-первых, стоит сразу отметить, что эти святые отцы проводят четкое различие между онтологическим значе­нием зла и его сопутствующими проявлениями. По их уче­нию, зло само по себе — это исключительно грех, укло­нение от Божиих заповедей и от жизни в Боге. Различные беды, несчастья, болезни, горе, которые несут человеку скорбь и страдания и являются злом непосредственно в от­ношении человека, святые отцы не отождествляют со злом как таковым, что свидетельствует о том, что «страдания, с христианской точки зрения, не являются безусловным злом» [3].

Свт. Василий Великий в своей беседе «О том, что Бог не виновник зла» емко и точно выражает учение Святой Церкви по этому вопросу: «Посему в собственном смыс­ли зло, то есть грех, — это зло, наиболее достойное сего на­именования» [4].

Во-вторых, зло не есть, согласно святоотеческому уче­нию, нечто самобытное и существующее само по себе. Свя­тые отцы характеризуют онтологическое зло, собственно грех не как нечто субстанциональное, но как отсутствие доб­ра. Это важный аспект церковного вероучения, являющийся основой для всех рассуждений святых отцов-Каппадокий­цев относительно природы и значения зла и страданий. При этом исключительную роль в появлении зла в мире играет свободная воля человека.

Первозданный человек наслаждался всей доступной ему полнотой жизни с Богом, подававшим ему все необходимые блага. Но именно акт свободной человеческой воли, прекло­нившейся ко злу, вызвал зло из «небытия», ведь зла как та­кового не существовало до грехопадения. «Зло есть лише­ние добра. Сотворен глаз; а слепота произошла от потери глаз. Поэтому, если бы глаз по природе своей не подлежал порче, не имела бы места слепота. Так и зло не само по себе осуществляется, но следует за повреждениями души» [5], — учит свт. Василий Великий. Свт. Григорий Нисский также придерживается того же мнения: « Всякий же порок, не как что-либо само по себе существующее и оказывающееся самостоятельным, имеет ту отличительную черту, что он есть недостаток добра» [6].

Важное наблюдение святителя Василия о том, что со­вершение зла находится в прямой связи со свободной во­лей человека, которая дает этому злу право существовать. «Началом и корнем греха [является] от нас зависящее, наша свобода[7]… [зло] зависит от нашего произволения; потому что в нашей воле — или удержаться от порока, или быть порочным»[8], — считает святой. Святитель Григорий Нис­ский также связывает появление зла и греха со свободным произволением человека: «Ибо вне свободного произволе­ния нет никакого самобытного зла; но зло потому и назы­вается злом, что оно не добро»[9].

Итак, святые отцы определяют зло исключительно как грех, который не является субстанциональным и характе­ризуется как лишение добра. Данная концепция, верная духу церковного Предания, позволяет им считать стра­дания, беды и несчастья небезусловным злом. Зло и стра­дания явились, таким образом, в мир после грехопадения первых людей.

Страдания появились в мире после грехопадения

Отметив таким образом святоотеческое определение зла, его причины и природы, необходимо обратиться к важ­ной проблеме наличия в мире страданий и различных бед­ствий. После того как человек свою волю поставил выше воли Божией и произошло грехопадение, в мире появи­лось новое состояние — зло, которое произвело фаталь­ный переворот в истории всего человечества. Страдания, болезни, скорби и прочие несчастья стали неотъемлемы­ми спутниками жизненного пути падшего человека. По за­мечанию Ж.-К. Ларше, «в соответствии с разработанным ими пониманием зла как лишения и отсутствия добра, ко­торое ему противоположно, святые отцы полагают, что то, что человек отдалился от Бога через грех и, соответствен­но, лишился благ, которые он от Него получал, логически привело к вторжению в его природу всех противополож­ных добру зол» [10].

При этом качественное изменение природы человека и лишение его райского богообщения привело к тому, что человек стал страстен и подвержен различного рода бедам. В общих чертах данное утверждение выражено святителями следующим образом. Свт. Григорий Нисский считает, что «как однократное удаление от благ последовательно вводит все виды зол, так что отвращением от жизни введена смерть, с оскудением света произошла тьма, по отсутствии добро­детели она замещена пороком» [11]. При этом свт. Василий Ве­ликий замечает, что все виды зла, которые приносят чело­веку страдания, не могут считаться самим злом: «Еще злом называем, что для нас трудно и болезненно для ощущения: телесную болезнь, телесные раны, недостаток необходимо­го, бесславие, ущерб имения, потерю родных» [12].

Итак, согласно рассуждениям святых отцов, можно с уверенностью констатировать, что страдания, которым подвержен падший человек в условиях нынешней земной жизни, являются своеобразным закономерным следствием грехопадения первых людей. По наблюдению Ж.-К. Лар- ше, «святые отцы считают… что беды, которым подвержен падший человек, — естественное и необходимое следствие вызванной прародительским грехом потери тех благ, кото­рыми он обладал вначале» [13]. Однако можно ли считать, что эти последствия грехопадения являются наказанием людям за их непослушание Богу?

Страдания как «наказание» Божие за грехи

Следуя логике Ветхого Завета, страдания имеют смысл наказания от Бога за грехи и отступление от Закона (см., например, Быт. 3:15-19, Втор. 28). Но стоит учесть, что та­кая ветхозаветная идея прямой логической взаимосвязи об­раза жизни человека и степени его благополучия учитыва­ет лишь индивидуальные совершённые добрые поступки и сознательные грехи и не принимает во внимание общую поврежденность человеческой природы, унаследованную от прародителей.

Действительно, святые отцы порой считают, что страда­ния являются прямым следствием греховной жизни чело­века, «наказанием» за совершённые грехи. Но такая мысль встречается нечасто, что служит доказательством несостоя­тельности вышеизложенной ветхозаветной концепции в Но­вом Завете. Например, свт. Василий Великий, описывая спра­ведливые последствия человеческих прегрешений, считает, что люди их заслужили своими поступками: «Бог в войнах  насылает казни на достойных наказания. Или тебе хотелось бы, чтоб Содом не был сожжен после беззаконных его дел? Чтоб Иерусалим не был разрушен и храм опустошен пос­ле ужасного неистовства иудеев против Господа? Но как же иначе справедливо было совершиться сему, как не руками римлян, которым предали Господа нашего враги жизни своей иудеи? Поэтому иногда справедливость требует, чтобы зло, порождаемое войною, насылаемо было на достойных того» [14]. Святитель справедливо видит в происходящих страданиях закономерность последовательность, однако этим мнением не исчерпывается вся полнота святоотеческого суждения о смысле и значении постигаемых человека страданий.

Таким образом, напротив, идею страданий как нака­зания Божиего за грехи отцы-Каппадокийцы принимают достаточно ограниченно, видя в страданиях также и иной смысл. Ведь Ветхозаветный Закон, говоря о феномене стра­даний, не учитывает перспективу жизни со Христом, а так­же премудрого Промысла Божиего в этой связи. Также во­прос так называемых «невинных» страданий, не имеющих явной причины, остается открытым. При глубоком рас­смотрении святоотеческого учения о страданиях можно выявить, что, как это ни парадоксально на первый взгляд, страдания имеют колоссальную воспитательную роль для падшего грешного человека. Святые отцы-Каппадокийцы выделяют несколько положительных значений страданий для человека.

«Невинные» страдания как фактор предотвращения греха

Новый Завет, прояснивший и одухотворивший понима­ние Ветхого, видит в страданиях новое значение. Страдания, последствия грехопадения были обращены Господом во бла­го для падшего человека: «Между тем каждое из сих бедс­твий мудрый и благий Владыка посылает нам к нашей же [15] пользе» — учит свт. Василий Великий. Это неестествен­ное для первозданного человека состояние, которому по­стоянно и ежечасно подвержен падший человек и которое стало для него нормой, в свете церковного учения святых отцов-Каппадокийцев обретает иной смысл. По меткому замечанию А. И. Осипова, «смысл невинных страданий мо­жет быть понят только при вере в то, что со смертью тела оканчивается не жизнь, но лишь серьезный подготовитель­ный этап к вечной жизни»[16]. Именно в перспективе спасе­ния во Христе, в приготовлении к жизни вечной со Спаси­телем раскрывается глубокое значение как «невинных», так и «заслуженных» страданий[17].

«Бог, желающий всем спастись, потому попускает мно­гие испытания… что в этих страданиях душа… очищается от греха и уготовляется для вечной жизни, ибо стражду­щий плотью перестает грешить (1 Пет. 4:1)»[18]. К примеру, свт. Василий справедливо обращает внимание на то, что за­частую человек терпит скорбь потому, что лишается по Про­мыслу Божию тех обстоятельств или благ, которые служат ему поводом к совершению греха или являются для него оп­ределенным греховным соблазном: «Телесную болезнь, те­лесные раны, недостаток необходимого, бесславие, ущерб имения, потерю родных… Каждое из этих бедствий мудрый и благий Владыка посылает нам к нашей же пользе. Богат­ство отнимает у тех, которые употребляют его худо, и тем сокрушает орудие их неправды. Болезнь насылает тем, кому полезнее иметь связанные члены, нежели беспрепятственно устремляться на грех»[19]. Таким образом, неудовольствие или скорбь человека в отношении утраты определенных благ служит ему на пользу.

Данное пространное изречение святого интересно тем, что, с одной стороны, постигающие человека скорби, явля­ясь по отношению к нему злом, причиняющим страдания и вносящим значительный дискомфорт в жизнь, в духовном плане несут благо, будучи обстоятельствами, способствую­щими предотвращению подлинного зла — греха, вводящи­ми душу в вечную погибель. Эта идея также прослеживает­ся в рассуждениях святителя относительно различного рода стихийных бедствий и прочих массовых несчастий: «Поэ­тому болезни в городах и народах, сухость в воздухе, бес­плодие земли и бедствия, встречающиеся с каждым в жиз­ни, пресекают возрастание греха. И всякое зло такого рода посылается от Бога, чтоб предотвратить порождение истин­ных зол. Ибо и телесные страдания, и внешние бедствия из­мышлены к обузданию греха» [20].

Свт. Григорий Богослов в своих творениях развивает мысль свт. Василия. Он, следуя апостольскому принципу, что любящим Бога, призванным по Его изволению, все содей­ствует ко благу (Рим. 8:28), учит человека разумно приме­нять все телесные свои силы и возможности, которыми он обладает, дабы злоупотребление ими не приводило ко гре­ху. В этой связи святой наставляет с должным пониманием переносить случающиеся болезни, которые, ограничивая че­ловека в действиях, лишают тем самым потенциальной воз­можности использовать силы здорового тела в полной мере для совершения греха: «Научимся лучше и презирать безум­но употребляемое здоровье, которого плод — грех, и уважать благочестиво переносимую болезнь, почитая тех, которые страданием приобрели победу». Таким образом, согласно мысли свт. Григория Богослова, страдания людей очень час­то посылаются во избежание совершения грехов, что, таким образом, говорит об их воспитательном значении для чело­века: «…в преграждение многих грехов… человек и прежде вразумлялся многоразлично: словом, законом, пророками, благодеяниями, угрозами, карами, наводнениями, пожара­ми, войнами, победами, поражениями, знамениями небес­ными, знамениями в воздухе…» [21]

Итак, из приведенных изречений святых отцов мож­но сделать вывод относительно того, что зачастую беды и несчастья, случающиеся с человеком, будучи «незаслу­женными», являются прямым попущением Божиим. Гос­подь лишает человека посредством посылаемых страданий определенных обстоятельств, способствующих к соверше­нию греха, и, таким образом, предотвращает грех — истин­ное зло для его души.

«Невинные» страдания как фактор духовного совершенствования

Особое внимание святые отцы уделяют вопросу стра­даний праведников и вообще всех христиан, переносящих различные скорби в духовной жизни. В этой связи святи­тели рассматривают страдания как своего рода испытание веры христианина и его любви к Богу. К тому же, по мыс­ли отцов, приключающиеся скорби являются определен­ным фактором, способствующим укреплению и возраста­нию многих христианских добродетелей.

Свт. Василий Великий, утешая своих учеников при на­ступлении испытаний и трудностей, ободряет их тем, что данные обстоятельства служат делу нравственного совер­шенствования: «Не очень скорбите о приключившемся бедствии… но… случившееся с вами обратите в случай к по­лучению венцов. Ибо если вы пребудете непоколебимыми, то окажетесь еще более испытанными в вере, возблистав от огня, подобно благородному золоту»[22]. Святитель пола­гает, что незаслуженный характер тех бед, которым часто подвергается христианин, лишает его духовного расслабле­ния и воспитывает верность Христу, помогает реализовать евангельский идеал: «А сколькими многоразличными иску­шениями испытывается верный — то мирскими потерями, то обвинениями, оболганиями, непокорностью, оговорами, гонениями! Все это и подобное сему служит к испытанию верного» [23]. В общем, святитель считает, что жизнь христи­анина, согласно Писанию (Деян. 14:22; Рим. 5:3-4 и пр.), не может не быть без страданий и скорбей, так как эти испы­тания предполагают собой получение определенного опы­та и укрепление душевных сил в борьбе с грехом и порока­ми, так как -«путь к Царствию Небесному труден и исполнен многих бед и скорбей… и… ибо если от скорби происходит терпение, от терпения опытность (Рим. 5: 3-4), то избе­гающий скорби лишает себя опытности, а опытным можно оказаться не иначе, как через скорбь»[24].

Особо тема незаслуженных страданий поднимается свт. Григорием Богословом. Важно отметить, что сам святи­тель на личном опыте познал тяжесть сего бремени, прино­сившего ему душевные терзания и муки. Глубокие по бого­словской мысли стихотворения св. Григория, содержащие его меткие размышления относительно смысла и значения пере­носимых им страданий, свидетельствуют о его чутком пони­мании жизненного пути христианина как аскезы[25]. При этом святитель считает, что такие страдания происходят по Божь­ему попущению. Приведем некоторые их всех многочислен­ных высказываний святителя, характеризующие переносимые верным чадом Святой Церкви страдания как опыт Божест­венного посещения: «Чем сильнее меня угнетают, тем более приближаюсь к Богу; страдания теснее соединяют меня с Бо­гом[26]… Для чего же сокрушаюсь при виде бедствий, как нечто приведенное в свой состав? Это одно и непреложно для су­ществ однодневных; это одно для меня сродно, непоколеби­мо, не стареется, после того как, выйдя из недр матери, про­лил я первую слезу, прежде нежели коснулся жизни, оплакав все те бедствия, с которыми должен встретиться» [27].

По мысли святого, страдания очищают человека от гре­хов, способствуют борьбе человека с ними: «Меня ли Ты, Очиститель, пережигаешь страданиями, или сокращаешь кичливость других, или для того обнажаешь меня, чтобы вывести на борьбу с противником? Все это распределяешь Сам Ты, Царь мой — Слово» [28].

Таким образом, смысл невинных страданий познается в перспективе вечности и в соотношении с Промыслом Бо­жиим. Свт. Григорий Нисский полагает, что преимущество верующих во Христа людей перед секулярным миром в том, что христиане должны понимать, что страдания и прочие беды не бессмысленны и не являются произволом судьбы: «Для людей слабых это угроза и восстание печалей, что­бы страхом болезненного воздаяния уцеломудрились мы до избежания порока, а по вере людей более осмысленных это врачевание и цельба от Бога, возводящего тварь Свою в первоначальную благодать»[29].

Глубокий смысл переносимых страданий открывается в свете христианского учения о Боге Промыслителе, Кото­рый не оставляет Свое творение. По наблюдению Ж.-К. Лар- ше, «в целом страдание дает человеку возможность прибли­зиться к Богу и тесно соединиться с Ним… [30] может в равной степени предохранить человека от новых страстей… которые рождались из-за желания избежать его»[31]. Страдания, посы­лаемые праведникам, принося душевные скорби, служат к духовному очищению, возрастанию добродетелей. Стра­дания позволяют более приблизиться к Богу и не допуска­ют грех.

Страдания — не аргумент в пользу небытия Бога

Особо стоит акцентировать внимание на святоотеческом опыте нравственной теодицеи, являющемся одним из весь­ма важных и ключевых пунктов их общего учения о возник­новении зла и страданий. В глазах многих явное наличие зла в мире не может быть никак согласовано с тем, что Бог является Творцом и Промыслителем этого мира. «Многие люди, наблюдая… виды зла… приходят к утверждению, что мир не сотворен Богом, что Бога нет или что если Бог су­ществует, то, во всяком случае, Он не Всемогущ, не Всеблаг, не Всеведущ» [32].

Святые отцы-Каппадокийцы, опровергая подобные до­воды, считают, что сами страдания не могут быть аргумен­том в пользу небытия Бога, поскольку Он, согласно учению святых отцов-Каппадокийцев, не является их Создате­лем. Страдания, беды, скорби и прочие нестроения вош­ли в мир после грехопадения человека актом его свобод­ной воли, но Бог использует страдательность человека к его душевной пользе и спасению. Свт. Василий Великий го­ворит прямо: «Не почитай Бога виновным в существова­нии зла» [33] — и предостерегает слабых в вере, испытываю­щих скорбь, от ропота на Бога и неверия в Промысл Божий: «Едва встретят хотя малое огорчение в жизни, не перенося затруднительности обстоятельств, тотчас начинают коле­баться в мыслях: имеет ли Бог попечение о здешнем мире, назирает ли за делами каждого, воздает ли каждому долж­ное? Потом, когда видят, что неприятное их положение все еще продолжается, утверждают в себе лукавое мнение и ре­шительно говорят в сердце своем, что нет Бога: Рече безу­мен в сердце своем: несть Бога (Пс. 13:1)» [34].

Святитель Григорий Нисский полагает, что отрицание существования Бога во время постигающих бедствий яв­ляется признаком малодушия человека и свидетельству­ет о его понимании добра и зла вне контекста церковного вероучения. Это в конечном итоге и приводит к подобно­му неверному мировосприятию: «По причине же телесных страданий, необходимо постигающих нас по скоротечности естества, именовать Бога творцом зол или вовсе не призна­вать Его создателем человека, чтобы не мог быть почитаем виновником того, что причиняет нам мучение, — это знак крайнего малодушия в оценивающих добро и зло чувством, которые не знают, что по естеству добро только то, чего не касается чувство»[35]. То есть человек, для которого опре­деление добра и зла носит относительный характер и кото­рый не понимает, что, согласно святоотеческому учению, зло является лишением добра, не может понять смысл стра­даний и может расценивать их как аргумент небытия Бога. Таким образом, святитель заключает, что, «следовательно, не причина зол Бог — Творец существ, а не того, что не су­ществует»[36].

Бог, по утверждению святых отцов-Каппадокийцев, ни в коем случае не является причиной зла в мире, потому что Он является Абсолютным Добром и Совершенством. Зло происходит от свободной воли человека.

Заключение

Проанализировав учение святых отцов-Каппадокийцев о страданиях человека в мире, можно с уверенностью заклю­чить, что оно зиждется на Церковном Предании и отражает  в себе их глубокое и цельное видение данной проблемы. Ис­ходя из представления о зле как грехе и характеристике его как лишении добра, святые отцы приходят к выводу, что все сопутствующие греху беды, страдания, несчастья, ка­тастрофы и прочие негативные для человека обстоятель­ства не могут быть подлинным злом. Они, будучи законо­мерным следствием грехопадения и сопутствуя человеку на его жизненном пути, однако, согласно святоотеческо­му представлению, не являются определенным наказани­ем Божиим за грехи или за грехопадение. Являясь для пер­возданного человека противоестественным состоянием, не свойственными его не поврежденной грехом природе, для падшего человека играют определенную роль в его жизни. Святые отцы констатируют, что страдания являются пря­мым следствием совершённых грехов. Святые отцы-Каппа­докийцы видят значение страданий не так узко и раскры­вают их положительный смысл. Часто страдания лишают человека возможности совершения греха, в чем проявляет­ся Промысл Божий. Относительно же так называемых «не­винных» страданий отцы придерживаются такого мнения, что они являются своего рода очищением человека, способ­ствуют укреплению добродетели и нравственного преуспе­яния. Заслуга святых отцов-Каппадокийцев состоит в том, что в своих творениях они раскрыли смысл страданий, ко­торый зачастую непонятен человеку, и преподали важное руководство к правильному их осмыслению. Восприятие данного учения святых отцов решает проблему надлежа­щего отношения к переносимым страданиям и способству­ет целостному осмыслению их теодицеи.

СОЛОДКОВА С.В. К вопросу о теодицее и природе сатиры в творчестве А. К. Толстого

Примечания

[1] Илия (Рейзмир), архим. Смысл испытаний человека по трудам русских богословов и мыслителей. СТСЛ, 2013. С. 27.

[2] Осипов А. И. Путь разума в поисках истины. М., 2010. С. 142.

[3] Довженко О., npom. Догматическое богословие. Учебное посо­бие. М.: Изд-во ПСТГУ, 2013. С. 126.

[4]  Василий Великий, свт. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 5 // Василий Великий, свт. Творения: В 2-х т. T. 1. М.: Иэд. Си­бирская благозвонница, 2008. С. 648.

[5] Василий Великий, сет. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 5 // Там же. С. 649. См. также: Василий Великий, сет. Беседа 9.0 том, что Бог не виновник зла, 3 // Там же. С. 646.

[6] Григорий Нисский, сет. Большое огласительное слово, 7 // Гри­горий Нисский, сет. Творения: В 8 ч.Ч. 4. М., 1862. С. 27. См. также: Григорий Нисский, сет. Большое огласительное слово, 6 // Там же. С. 22.

[7] Василий Великий, сет. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 3 // Василий Великий, сет. Творения: В 2-х т. T. 1. М.: Изд. Сибир­ская благоэвонница, 2008. С. 646.

[8] Василий Великий, сет. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 5 // Там же. С. 648.

[9] Григорий Нисский, сет. Большое огласительное слово, 7 // Гри­горий Нисский, сет. Творения: В 8 ч.Ч. 4. М., 1862. С. 27. См. также: Григорий Нисский, сет. Большое огласительное слово, 6 // Там же. С. 22.

[10] Ларше Ж.-К. Бог не хочет страданий людей / Пер. с фр. С. М. Би- чуцкого и П. К. Доброцветова. М.: Паломник, 2014. С. 36.

[11] Григорий Нисский, свт. Большое огласительное слово, 8 // Гри­горий Нисский, свт. Творения: В 8 ч.Ч. 4. М., 1862. С. 35.

[12] Василий Великий, свт. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 3 // Василий Великий, свт. Творения: В 2-х т. T. 1. М.: Изд. Сибир­ская благозвонница, 2008. С. 646.

[13] Ларше Ж.-К. Бог не хочет страданий людей/Пер. с фр. С. М. Би- чуцкого и П. К. Доброцветова. М.: Паломник, 2014. С. 36.

1 Василий Великий, сет. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла,

[15] // Василий Великий, сет. Т ворения: В2-хт. Т.1.М.: Сибирская бла­гозвонница, 2008. С. 647-648.

[16] Василий Великий, сет. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 3 // Там же. С. 646.

[17] Осипов А. И. Путь разума в поисках истины. М., 2010. С. 141.

[18] Илия (Рейзмир), архим. Смысл испытаний человека по трудам русских богословов и мыслителей. СТСЛ, 2013. С. 5.

[19] Василий Великий, свт. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 3 // Василий Великий, свт. Творения: В 2-х т. T. 1. М.: Сибирская бла- гоэвонница, 2008. С. 646.

[20] Василий Великий, свт. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 5 // Василий Великий, свт. Творения: В 2-х т. T. 1. М.: Сибирская благоэвонница, 2008. С. 648.

[21] Григорий Богослов, свт. Слово 14 // Григорий Богослов, свт. Тво­рения: В 2-х т. T. 1. СПб., 1912. С. 228.

[22] Григорий Богослов, свт. Слово 45 // Там же. СПб., 1912. С. 666.

[23] Василий Великий, свт. Гомилия 21 // Василий Великий, свт. Тво­рения: В 2-х т. T. 1. М.: Сибирская благозвонница, 2008. С. 717.

[24] Василий Великий, сет. Письмо 42 (39). К ученику Хилиону // Творения: В 7 ч.Ч. 6. СТСЛ, 1901. С. 93. См. также: Григорий Бого­слов, свт. Слово 14 // Григорий Богослов, свт. Творения: В 2-х т. T. 1. СПб., 1912. С. 228.

[25] Василий Великий, свт. Беседа на псалом 33,5 // Творения: В 7 ч. Ч. 1. СТСЛ, 1900. С. 251-252.

[26] Григорий Богослов, свт. Сравнение жизни духовной и жизни мир­ской, 200 // Григорий Богослов, свт. Творения: В 2-х т. Т. 2. М.: Сибир­ская благоэвонница, 2007. С. 83.

[27] Григорий Богослов, свт. О человеческой природе, 44-45 //Там же. С. 102.

[28] Григорий Богослов, свт. Плач Григория о себе самом, 4-5 // Гри­горий Богослов, свт. Творения: В 2-х т. Т. 2. М.: Сибирская благозвон­ница, 2007. С. 256.

[29] Григорий Нисский, свт. Большое огласительное слово, 8 // Григо­рий Нисский, свт. Творения: В 8 ч. Ч. 4. М., 1862. С. 31-32.

[30] Ларше Ж.-К. Бог не хочет страданий людей/Пер. с фр. С. М. Би- чуцкого и П.К. Доброцветова. М.: Паломник, 2014. С. 118.

[31] Там же. С. 116.

[32] Лососий Н. О. Бог и мировое зло. М.: Республика, 1999. С. 316.

[33] Василий Великий, сет. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 5 // Василий Великий, сет. Творения: В 2-х т. T. 1. М.: Сибирская бла­гозвонница, 2008. С. 649.

[34] Василий Великий, сет. Беседа 9. О том, что Бог не виновник зла, 1 // Там же. С. 645.

[35] Григорий Нисский, сет. Большое огласительное слово, 8 // Григо­рий Нисский, сет. Творения: В 8 ч.Ч. 4. М., 1862. С. 33-34.

[36] Григорий Нисский, сет. Большое огласительное слово, 7 // Там же. С. 27.

МУРИЛКИН П. Смысл страданий человека в наследии святых отцов-Каппадокийцев // Материалы кафедры богословия: 2014-2015. Сергиев Посад, 2016. С. 262-276.

Оставить комментарий