Полева Ю.В.РПЦ в XX веке

ПОЛЕВА Ю.В. К истории Царицынского Свято-Духова монастыря

КАТАКОМБЫ ИЛИОДОРА: ИСТОКИ И ЭВОЛЮЦИЯ ТРАДИЦИИ [1]

Иеромонах Илиодор (Труфанов) своей деятельностью нео­днократно привлекал внимание исследователей. Еще до револю­ции его ультраправая монархическая позиция, при приоритете православия, неоднократно вызывала самые противоположные отклики в печати. Его деятельность в Царицыне постоянно осве­щалось региональными органами печати — «Царицынским вест­ником»1, «Царицынской мыслью»2, «Царицынской жизнью». Как правило, информация, публиковавшаяся здесь, посвящалась эк­стравагантным выходкам Илиодора и не всегда отличалась дос­товерностью. Газета «Царицынская Жизнь» также публиковала некоторые речи Труфанова, например, произнесенные им на со­брании «Союза Русского народа»3. Центральные органы печати тоже не обходили о. Илиодора своим вниманием. «Вестник Евро­пы»4, «Русское Богатство»5, «Нева» и пр. освещали различные моменты его активной политической деятельности о. Илиодора: И.А. Родионов6 фактически «воспел» преобразования Илиодора в Царицыне — создание огромного комплекса Свято-Духова мо­настыря, преображение прихожан из маргинального элемента в глубоко верующих, православных верноподданных; В.О. Савинский7 после посещения Царицына написал апологетическую ста­тью, где разносторонние способности молодого иеромонаха пред­ставлялись в самом выгодном свете, он предрекал процветание Царицыну, если только о. Илиодору удастся преодолеть сопро­тивление Царицынской городской думы.

Среди современных исследователей дореволюционная дея­тельность Илиодора рассматривалась Ю.Д. Граждановым8, Е.Ю. Болотовой и О.Н. Савицкой9, С.М. Ивановым и В.И. Суп­руном t0. Особое внимание уделялось его взаимоотношениям со светской и духовной властью. Взаимоотношения Григория Рас­путина и о. Илиодора исследовались А.Н. Бахановым11.

Редькина О.Ю. рассматривала деятельность о. Илиодора в период 1918—1920 годов п. Прежде всего ее работа затрагивала проблемы взаимоотношения С. Труфанова с советскими органа­ми власти и его влияние на религиозную ситуацию в Царицын­ской губернии.

Вместе с тем необходимо отметить, что один из аспектов деятельности Илиодора фактически остался неизученным — это создание мощного подземного комплекса под Свято-Духовым монастырем. Краткие упоминания о копании катакомб под мо­настырем не раскрывают сущности и значения этого явления. Тем более это, явление никогда не рассматривалось в качестве элемента общей традиции пещерокопания в Нижнем Поволжье.

Создание катакомб — культовых подземных сооружений — и их активное использование в начале XX в. было распространен­ным явлением на территории Нижнего Поволжья. Причины этого явления, охватившего разные конфессиональные течения, были многообразны. Необходимым условием для возникновения дан­ной категории памятников является сама религиозная среда — участники создания и культового использования объектов. Но также большое значение имела религиозная идея лидеров религиозных общин, которые во многом определяли место и значение подзем­ных сооружений в культовой практике религиозных общин.

Б начале XX в. Царицын оказался взбудоражен кипучей дея­тельностью иеромонаха Илиодора. Строительство огромного ком­плекса Свято-Духова монастыря за 2,5 года сами горожане счи­тали подобным чуду. В 1911 г. монастырь был дополнен катаком­бами (на создание которых ушло полтора года) и насыпной го­рой Фавор, на ее вершине Илиодор планировал выстроить скит для уединенной молитвы. Предполагалось, что скит на горе Фа­вор и катакомбы будут соединены между собой шахтой.

Иеромонах Илиодор — донской казак, в миру Сергей Труфанов, обладал удивительными организаторскими способностя­ми, прежде всего талантом слова и умением добиваться своих целей. Вскоре после его появления в городе тысячи царицынцев попали под влияние харизмы талантливого иеромонаха. По неко­торым данным, количество его духовных детей в г. Царицыне достигало 80 тысяч 13. Проповеди Илиодора собирали от двух до пяти тысяч человек, а в особенных случаях — до восьми тысяч. Жандармерия всерьез подозревала, что его проповеди были одной из причин участившихся поджогов. Едкое слово находило десятки эпитетов для полиции, лицемеров-адвокатов, продажных судей, богатых скряг, наживавшихся на народной нужде. Призыв Илио­дора о помощи погорельцам собирал в две недели до пятнадцати тысяч рублей. Все время его пребывания в Царицыне он находился под постоянным наблюдением и полиции, и жандармов.

Ценным источником для воспроизведения религиозной кон­цепции Илиодора, дававшей обоснование для создания катакомб, являются фонды жандармского управления. Каждая его пропо­ведь, каждая речь тщательно фиксировались специальными аген­тами. Многие проповеди дублировались параллельными запися­ми сотрудников, что позволяет реконструировать более полную картину его деятельности и уточнить неизбежные ошибки, по­падавшие в отчеты. Доносы, протоколы, показания свидетелей — все это представляет достаточно полный материал, позволяю­щий проследить историю создания катакомб Свято-Духова мо­настыря и последующие опыты пещерокопания Илиодора.

Строительство монастыря и катакомб проводились силами царицынцев — приверженцев Илиодора. Своевременно заметить, что устройство катакомб под Свято-Духовым монастырем было не единственным опытом пещерокопания Илиодора. Он активно создавал подземные полости, многообразные по своему устрой­ству и по своей функциональной нагрузке, в различных местах своего пребывания.

Поэтому было бы логично рассматривать пещерокопание как элемент религиозной теории самого о. Илиодора (Сергея Труфанова). В то же время всплеск пещерокопательства и пещерного подвижничества в Нижнем Поволжье в конце XIX — начале XX вв.14 должен был иметь общие объективные причины. Можно сказать, что на развитие этого явления наложила свой отпечаток полити­ческая ситуация между революциями (1905—1907 гг. и 1917 г.). Массовое религиозное движение, возникшее под руководством о.  Илиодора, можно рассматривать как своеобразную реакцию на нарастающую дезинтеграцию общества в кризисных условиях, разложение моральных и идеологических принципов всего обще­ства и, как результат, дезориентацию личности, перелом ценнос­тных норм. Фанатизм, активный рост и развитие сект, возведение радикальных социальных теорий на религиозный пьедестал и про­чее — все это явления одного ряда, отчаянная попытка обывателя преодолеть свой личный мировоззренческий кризис.

Поэтому мощный подземный комплекс, находящийся сей­час в центре г. Волгограда, созданный огненной энергией Сергея Труфанова и трудом тысяч царицынцев, полагаем, заслуживает своего рассмотрения как своеобразное историческое явление в истории нашего города и вместе с тем как проявление широко распространенной практики культового пещерокопательства на территории России,

Надо признать значительную роль субъективного фактора в создании этого огромного комплекса — личности самого Илиодора. Именно он обосновал необходимость создания этого соору­жения, изложил его «концепцию» — функциональную нагрузку — й разработал план подземного сооружения. В данном случае необхо­димо будет рассматривать концепцию этого сооружения, во-пер­вых, в контексте религиозной и политической идеи Илиодора с учетом эволюции его воззрений; во-вторых, с той точки зрения, что наземная часть Свято-Духова монастыря создавала органичное единство с подземной частью; в-третьих, в плане преемственности общей традиции пещерокопания, в том числе на территории регио­на применимо к концу XIX — началу XX века. Применяемый тер­мин «катакомбы» в отношении культового подземного сооруже­ния, находящегося под Свято-Духовым монастырем, восходит к самому Илиодору, давшему ему подобное определение.

Проповеди и речи Илиодора позволяют вычленить основ­ные элементы мотивации создания катакомб, определить их пла­нируемую функциональную нагрузку. Документы, относящиеся к созданию и использованию культовых подземных объектов нашей области, сравнительно редки. И если функциональную нагрузку отдельных полостей можно восстановить, исходя из устройства самих пещер, то мотивация создания подобных ком­плексов часто остается сферой преданий и предположений. По­этому проповеди и речи Илиодора, относящиеся к созданию катакомб, имеют особое значение.

Мотивация создания Илиодоровых катакомб имела как по­литическую, так и религиозную основу:

  1. Эсхатологические ожидания. Катакомбы — это убежище от Антихриста, где православные смогут избежать гонений, а мертвые — осквернения.
  2. Политические преследования. Катакомбы должны также служить убежищем и от «светских гонителей».
  3. Использование катакомб для погребения монастырской братии, пещерокопателей и их семей.
  4. Решение спорного территориального вопроса. Городская дума, не раз обличаемая и оскорбляемая в проповедях Илиодора, отказала монастырю в выделении участка под усыпальницы для братии и крупный православный центр, который планиро­вался на площади, находящейся напротив монастыря. Илиодор решил получить нужную площадь, подкопав ее.

Некоторые аспекты рассматриваемой проблемы раскрыва­ются в проповеди Илиодора «о гонениях первых христиан в древ­ние времена, что истинные христиане продолжают быть гони­мы, и эти гонения усилятся в будущем»15.

Речь в проповеди идет, с одной стороны, об очищении веры и института Церкви путем возвращения к древней, апос­тольской Церкви; с другой стороны, пещера как убежище со­единяет в себе эсхатологические и политические мотивы пресле­дования. В последнем случае выделяется два аспекта: противосто­яние светской и духовной власти как таковой (светская власть как бездуховная, ведущая Россию к гибели) и мотив конкрет­ного противостояния лично о. Илиодору местных царицынских властей.

«Отказали мне ваши гласные в отводе места, сделали зло не мне, а вам и вашим детям, они ваши злейшие враги, они только с вас берут, а вам ничего не дают… не дали нам гласные площа­ди, так мы выроем себе нужное помещение под их площадью и сами они не будут знать, где наши помещения находятся»16.

Однако Илиодор производит подмену частного общим эф­фектным риторическим приемом: «Враги наши…17 Они мечтают летать по воздуху, но воздух для птиц, а мы, как люди, пойдем в землю».

Итак, тяга к освоению воздуха, по его мнению, присуща Антихристу: «Теперь те из нас, которым придется во время пришествия Антихриста укрываться, молиться, и, может быть, уме­реть в катакомбах, может быть, совсем придется избавиться от преследований Антихриста, так как Антихрист и приверженцы его будут стараться, по своей гордыне, стремиться вверх летать по воздуху , а в катакомбы никто из них и заглянуть не захочет из гордости. Мы же, по смирению своему, спасемся под зем­лей»19. Попытка обретения спасения в подземном сакрально вы­деленном пространстве характерна для народной религиозности. В раскольническом движении выделились целые секты, искав­шие спасение под землей: голбешники, утверждавшие, что зем­ля осквернена на тридцать сажен и спасение, по апостольским словам, нужно искать в пропастях и ущельях, а также распрост­раненные на территории Саратовской епархии секты подземельников20 и подпольников21.

Таким образом, разносторонняя мотивация создания ката­комб определяла их своеобразную полифункциональность.

Доказывая правоту своих слов, Илиодор сосредоточивает внимание слушателей прежде всего на социальном и политичес­ком аспектах: «Может быть, я даже в этом уверен, нам скоро придется спасаться в них не только от Антихриста, а от тех самых светских врагов наших, которые нас преследовали и те­перь продолжают, только больше скрытно»22. Полиция периоди­чески не допускалась в храм, интеллигенция подвергалась по­стоянной травле, известны случаи избиения учителей экзальти­рованной толпой. Олицетворяя городские власти со сторонника­ми Антихриста, Илиодор неоднократно эксплуатировал пример с полетом авиатора Васильева во время церковного праздника23.

Данный выпад Илиодора сопровождался нагнетанием ат­мосферы приближающегося конца света, во время которого ка­такомбы должны были стать «последним убежищем»: «Антихрист должен появиться в наше время года через два — три, самое большее через пять лет. Антихрист будет людей всех, верующих в Бога, страшно мучить и прикладывать печати ко лбу и к правой руке, чтобы люди не могли на себя класть крестного знамения. С церквей будут сняты кресты, и люди верующие подвергнутся такому же гонению, как и в первые времена христианства, и придется убегать, прятаться в пещеры и там молиться Богу»24. Призыв пал на подготовленную почву.

25 сентября 1910 г. Илиодор выступил перед горожанами с призывом приступить к рытью пещер, начиная с 27 сентября. Ход работ известен также по донесениям жандармов, но наибо­лее подробное описание работ можно найти у В. Савинского.

Верхний ярус катакомб был насыпной. Это известно как по донесениям жандармов, так и по описанию В. Савинского: «…на­род восторженно откликнулся на его предложение. И вот со всех сторон потянулись вереницы носильщиков хлеба, чаю, сахару, арбузов, и все это складывали в помещении типографии. А на утро, чем свет появились сотни добровольных пещерокопателей — мужчин, женщин, подростков, даже детей, с носилками, кто с ведрами, лопатами, и работа дружно началась… В течение четырех дней до 1 октября весь церковный и другой дворы были изрыты канавами до 3 саженей глубины и 2,5 ар. шир. Ходы прорываются и под храм, и под все здания, где будут одни лишь усыпальницы на 5 000 человек. В одно и то же время обкладываются кирпичами и делаются своды. План пещер хранится в секрете»25.

Было запланировано дальнейшее строительство подземных часовен и алтарей. Строящиеся усыпальницы предназначались не только для братии, но и для тех, кто трудился при рытье пещер. При этом в донесении особо отмечалось, что основными работ­никами являлись женщины и дети26.

Второй этап создания катакомб был подземным и носил более закрытый характер. Из донесений пропадает детальное опи­сание размеров и описания ходов. Однако известны основные направления ходов, площадь ими охваченная, количество лю­дей, занятых в их устройстве, по донесениям жандармов: «Как объяснил своим поклонникам Илиодор, все пещеры будут рас­положены под храмом крестообразно в три яруса»27. Грунт, в которых производились работы, был весьма неоднороден, в от­дельных местах был крепким, в других настолько рыхлым, что осыпались края рвов при подготовительных работах. Все ходы были обложены кирпичом. Сегодня известно, что помимо крес­тообразно расположенных братских усыпальниц под монастырем имелись протяженные ходы от монастыря в сторону Волги, как раз под тем местом, которое планировал «подрыть» о. Илиодор (провалы в этом направлении неоднократно возникали в период восстановления Сталинграда после Сталинградской битвы), а так­же протяженный ход к р. Царице под ул. Онежской. По этой ули­це в частных дворах неоднократно наблюдались просадки почвы, провалы, некоторые из которых были приспособлены местным жителями под выгребные ямы.

На строительство катакомб записалась 991 семья, «может быть, тысяч семь, а пять тысяч человек, наверно, будет, — смеялся Илиодор»28. Записавшиеся были разделены на группы рабочих и жертвователей-«калачников». Работы должны были про­изводиться во все дни, кроме воскресений и больших церков­ных праздников. Рабочие, соответственно, были поделены на шесть групп, которые работали один день в неделю, также были раз­биты по группам и жертвователи, снабжавшие рабочих продо­вольствием один день в неделю. Часто работы велись ночью.

Заинтересованность пещерокопателей была прямая: «Всякий работавший в них (пещерах), или жертвовавший, и вся его се­мья, которая находится теперь при нем, будет записана в осо­бую священную для нас книгу, и книга эта будет храниться в церкви, в алтаре»29 — все они будут похоронены в катакомбах. «В них вы будете лежать под храмом Господним, где денно и нощно будет возноситься об вас молитва»30. Контроль был жест­ким, каждый работавший получал свидетельство за индивиду­альным номером, на который и записывались проводимые рабо­ты и пожертвования. По итогам записей определялось, будет до­стоин работник погребения в «святых пещерах» или нет. На сви­детельстве находилась надпись: «И, взяв тело, Иосиф обвил его чистою плащаницею и положил его новом своем гробе, который высек он в скале и привалил большой камень к дверям в гро­бе» — фраза из Евангелия (Лк. 23:53), которую Илиодор счел наиболее подходящей для этого случая. Он снова апеллирует к авторитету Христа, апостольской Церкви: «Относительно обряда погребения мы будем подражать древним христианам, которые хоронили своих покойников в высеченных в пещерах гробах и приваливали ко входу большой камень»31.

Теперь можно сказать, что в случае создания Илиодоровых катакомб мы сталкиваемся с не вполне типичным отклонением от общепринятой традиции пещерокопания на территории как наше­го региона, так и России. Основным архетипом для большинства культовых искусственных подземных сооружений являлась Кие­во-Печерская лавра32, в то время как о. Илиодор в своих речах и проповедях апеллирует именно к обряду первых христиан.

Самым ярким примером подобной погребальной практики в раннем христианстве являются римские катакомбы. Катаком­бы, выкопанные под землей в зернистом туфе, состоят из «ла­биринта галерей… в стенах галерей устроены одна над другой ниши, собственно могилы, называемые locus. В древности тотчас после погребения отверстия могил закрывались черепичными или мраморными плитами и замазывались цементом… На плитах пи­сались или вырезались надгробная надпись, имя усопшего, его возраст, день смерти, погребения и символические знаки: паль­мовая ветвь, голубь с оливковой ветвью, якорь, монограмма Христа и др.»33. Согласно общепринятой точке зрения христиане находили для себя в катакомбах убежище во время гонений, погребали там умерших своих собратьев и совершали богослуже­ние. Однако исследования Антонио Бозио и де Росси убедитель­но показали, что катакомбы сначала не были христианскими. Их не строили специально ни для совершения литургии, ни в каче­стве убежища во времена преследований, но лишь как кладбища. Местом поминальных служб, по мнению Росси, они стали толь­ко в период от последней четверти III до начала IV века. Он установил верхние и нижние даты использования катакомб хри­стианами: со второй половины II по V век34.

О.  Илиодор планировал завершение работ по устройству ката­комб в течение года. Он покинул монастырь почти полтора года спустя. Согласно его плану работ время позволяло завершить со­здание катакомб. Но, поскольку несмотря на то, что известен вход в подземный комплекс, он по-прежнему остается недо­ступным для проведения работ, сейчас трудно сказать, насколь­ко был воплощен замысел о. Илиодора. Известно, что богослу­жения в катакомбах под монастырем велись и после изгнания Илиодора в 1913 г.: «Среди труфановцев распространен слух, что по ночам под монастырем слышен какой-то шум, как бы от пения многих голосов, что это подтверждают и монахини… до­бавляют, что по утрам в церкви чувствуется сильный запах лада­на. Соловьев говорит, что несколько скрытых ходов под монас­тырем не нашли, что их план знает только Труфанов, он и еще один из сторонников»35. А в ходах, направленных в сторону Вол­ги, спасались жители во время Сталинградской битвы. И при строительстве монастыря, как и при создании катакомб, Илио­дор лично контролировал строительные работы. В итоге подзем­ная и наземная части монастырского комплекса дополняют друг друга архитектурно, функционально и семантически.

О  символической связи подземных и наземных частей пра­вославных храмов и монастырей писала Т. Петрова36. В России практика захоронения под храмами приобрела большое распрос­транение. Эта традиция идет от примера трехдневного погребе­ния Иисуса Христа (аналогии с ним были уже прослежены на материале Илиодоровых катакомб), так же, как и правило стро­ительства церковного престола на погребении святых мучеников во образ Гроба Господня, что является обязательным условием для совершения таинства пресуществления Св. даров, а значит и строительства храма вообще37. Т. Петрова приходит к выводу, что символическое значение алтарной и средней части храма как об­раза Царства Небесного распространялось, по-видимому, и на подпольное пространство этих частей храма38.

Гора Фавор, насыпанная среди двора сподвижниками Илиодора из грунта, изъятого во время копания ходов, дополняла троичную схему, которая прослеживается довольно четко: под­земная (с усыпальницей), наземная (сам монастырь) и «гор­няя» — скит Илиодора, недоступный для прихожан.

В то же время единство и взаимоопределяемость архитектуры и терратектуры39 Свято-Духова монастыря станет более очевид­ной, если мы сравним рассмотренные выше функциональные осо­бенности катакомб Илиодора и семантику его архитектурного ком­плекса..Здесь уже говорилось, о подчеркнутом Илиодором значе­нии катакомб как убежища, эта идея также отражена и в общем архитектурном облике монастыря. И. Полуэктова отмечает нео­бычную для этого периода архаизацию архитектурного облика Свято-Духова монастыря. Его мощные стены стилизованы под кре­постные. Монастырские стены подобного типа были распростране­ны в средневековье и раннее новое время, но в конце XVIII — XIX вв. они потеряли свою функциональную значимость. Мощные ограды стали превращаться в декоративные, и вот в начале XX в. стены Свято-Духова монастыря позволяют проследить характер­ную для средневековья трехярусность40, соответствующую трем видам боя: нижний ярус — лучковые проемы для подошвенного боя, стенные проемы второго яруса использовались осажденными при необходимости лить на осаждающих кипяток или смолу, вер­хние стенные проемы нужны были лучникам. Эффект монастыря- крепости подкреплялся декоративными угловыми башенками, которые также являлись неотъемлемой частью оборонительного зодчества Средневековья41. Нельзя сказать, что Илиодор был оди­нок в своей попытке совместить в значении монастыря как сак­рального и политического убежища архитектурное доминирова­ние оборонительных элементов и обращение-напоминание к пер­вым христианским святыням.

Эта идея нашла свое более грандиозное воплощение в ком­плексе Новоиерусалимского Воскресенского монастыря. И при ближайшем рассмотрении можно убедиться, что не только от­дельные архитектурные элементы надземной и подземной частей этого монастыря образуют, казалось бы, случайное соответствие, но выделяется некоторая общая линия преемственности как в политических, так и в религиозных идеях Никона и Илиодора.

Говоря об архитектурном облике этого монастыря, вошед­шего в Золотой фонд русского зодчества, можно проследить так­же подчеркнутое оборонное значение монастырских стен. Несмотря на то, что в концу XVII в. монастырские укрепления теряют свое оборонительное значение, Яков Бухвостов, которому поручили строительство, возвел стены и башни по всем правилам форти­фикационного искусства42. М.Ю. Сохин так описывает монас­тырские стены: «Со стороны монастырского двора стена ритми­чески расчленена высокими арками, в нижней части которых находятся амбразуры подошвенного боя. На стене вдоль ходовой галереи в шахматном порядке расположены амбразуры верхнего и среднего боя. С ходовой башни можно попасть в любую из восьми башен, носящих названия, аналогичные башням городс­кой стены Иерусалима»43. Также выделялся в монастырском ком­плексе скит Никона, поставленный в так называемом Гефсимановском саду44. Комплекс Новоиерусалимского монастыря под­разумевал комплекс подземных сооружений культового, ком­муникационного и технического характера. Среди подземных куль­товых сооружений монастыря нужно упомянуть подземную цер­ковь Константина и Елены. Коммуникационные ходы, возмож­но, имели фортификационное значение45. В рамках политической концепции Никона — осуществление через Москву Вселенского Православного царства46 — Никон попытался воспроизвести ан­самбль древнего Иерусалима с храмом Воскресения, который был выстроен по модели, описанию и обмерам Иерусалимского храма, привезенным из Палестины47. Программа-максимум Ни­кона состояла в возвышении церкви над государством. «Претен­циозное название48 Новый Иерусалим” воплощало целый комп­лекс великодержавных мечтаний Никона. Алтарь Воскресенского храма имел пять отделений с пятью престолами для всех пяти патриархов. Средний престол Никон предназначал для себя не только как для хозяина, но и как для первого воистину вселен­ского из патриархов»49.

Воссоздание Иерусалима в Воскресенском монастыре сму­тило многих и послужило для врагов Никона причиной для об­винения его в кощунстве. По мнению ИЛ: Бусеевой-Давыдовой, «символическое подобие сменялось буквальным… Смещение об­раза с первообразом наносило ущерб достоинству последнего»50. Также И.Л. Бусеева-Давыдова отмечала, что собор Нового Иеру­салима почти вдвое превосходил по высоте сакральный образец. Увеличение Высоты во все времена служило способом выраже­ния превосходства данного объекта49.

Основной этап строительства монастырского комплекса при Никоне приходится на 1658—1685 годы52. С 1657 г. уже становит­ся очевидным охлаждение царя к патриарху, а в 1658 г. конф­ликт приобретает открытую форму52. Никон удаляется в Новоие­русалимский монастырь вплоть до начала суда над ним.

Интересен тот факт, что для Никона в этот период также характерны эсхатологические ожидания. Этот аспект Никон под­робно раскрывает в своем ответе на обвинения Стрешнева и Паисия Лигарида. Никон пишет целый трактат «Возражения или разорения смиренного Никона, Божиею милостью патриарха, противо вопросов боярина С. Стрешнева, еже написа Газскому митрополиту Паисию Лигаридиусу и на ответы Паисеовы». Трактат составил 900 рукописных листов. После смещения Никона с патриаршьего места наступает время Антихриста, поскольку Цер­ковь лишилась своего священства: «Ныне антихристи мнози быша, и от сего разумеем, что последний час есть»53. Явление Антихристово вообще нечувственно и тонко. Оно пришло с мо­мента, когда мирские власти овладели делами церковными54. В контексте аналогий, проводимых по отношению к о. Илиодору, особый интерес вызывает мысль Никона о вмешательстве светского начала в духовную сферу как признаке власти Анти­христа, как признаке наступления последнего времени.

Интересным элементом теории Никона являлось самоотождествление его с Христом. Этот аспект подробно рассматривался такими исследователями, как М.В. Плюханова, И.Л. Бусеева- Давыдова55: «Свою соизмеримость с Христом Никон подчерки­вал и внешними средствами. Внешнее поведение Никона было организовано таким образом, что у свидетелей… возникали еван­гельские ассоциации»56. Патриарх претендовал на дар чудотворения, говорил о своих чудесных видениях; в соборе Иверского монастыря после низложения Никон произнес проповедь, где излагал страдания Христовы как парафраз собственной биогра­фии; приехавших к нему от царя бояр он именовал Иродом и Пилатом, а духовных лиц — Анной и Каифой. Изъясняя явление в небе кометы как знак погибели Московского государства, быв­ший патриарх напомнил, что Христос также предсказал падение Иерусалима за четыреста лет (тем самым уподобил себя Христу, а Москву — Иерусалиму)57.

Самоотождествление с Христом было характерно и для Илиодора, еще до своего отпадения от православия он позволял себе некоторые неоднозначные высказывания: «Кто не согласен со мной, пусть встанет по левую руку мою». Это жесткое проти­вопоставление своих почитателей профанному окружению, ори­ентированному на систему светских ценностей — науку, техни­ческий прогресс, переходит в своеобразное разделение населения в религиозном аспекте. Постоянное выделение своих многочис­ленных сторонников из общей среды, подчеркивание их личной связи с созданием, жизнью и судьбой монастыря производит впечатление своеобразной попытки строительства «града божье­го» на земле. Илиодор не уставал подчеркивать, что все строите­ли монастыря, катакомб, посещающие монастырь и поддержи­вающие его, Илиодора, спасутся, когда остальные погибнут. Можно сказать, что определенная завершенность общей архи­тектурной выразительности монастырского комплекса, подчер­кивала особую выдеяенность и организацию религиозной жизни почитателей о. Илиодора.

Вряд ли можно считать подобное совпадение элементов те­ории патриарха Никона и о. Илиодора случайностью. Несмотря на то, что этих деятелей разделяют два с половиной столетия, оба действовали в условиях глубокого социального и политичес­кого кризиса своей эпохи. Обоих можно отнести к харизматичес­кому типу политических деятелей. Социально-политический кри­зис является существенным фактором, когда, по определению политологов, «в условиях истощения возможностей действую­щей власти по удовлетворению потребностей общества степень легитимности власти неуклонно понижается. При нарастающем дефиците доверия со стороны общества растет и психологичес­кая отчужденность власти от населения…»58.

Постоянная дискредитация церковных иерархов и власти, подстрекательство народа к мятежу привели к ссылке иеромона­ха в Флорищеву пустынь. Царицынские поклонники и здесь не покидали его, постоянные паломники то убеждали «дорогого батюшку» бежать, то уговаривали потерпеть посланное «испове­дание». Здесь происходит перерождение Илиодора. Он решается бежать. Предварительно он пишет свое «отречение» от православ­ной веры, в котором постулирует принципы новой религиозной теории: «Та правда, которую я поднял на свои плечи, превыше священнического сана. Поэтому пусть даже меня лишат и звания человека, но я не могу отказаться от правды, сан не спасает, спасение вечное следует за Христоподражательною жизнью. Хри­стос умер за правду небесную — это его высший подвиг, зна­чит, и тот, кто стоит за правду христову, совершает самое драго­ценное дело, многие архиереи… за беззаконную жизнь, за то, что безбоязненно не проповедовали слово Божие, за то, что не указывали грешникам на грехи их… пойдут в ад на вечное муче­ние, а праведники, Не имевшие благодати священства, пойдут с радостию, с ликованием в светлое царство Господа славы». Ос­новные принципы, позволяющие достигнуть людям совершен­ства: «Нужно непременно быть целомудренным, трезвым, воз­держанным и стараться не расстраиваться ни горем, ни радос­тью, ни заботами»59.

Один из поклонников дал показания, уточнявшие новые религиозные принципы Сергея Труфанова: «Сергей Труфанов утверждал, что Христос был распят, но не воскрес, а воскресла вечная истина, которую проповедовал Иисус Христос и кото­рую теперь проповедует он, Сергей Труфанов39… что Богом пре­допределено, что явится он, Илиодор, который создаст новую религию, и что благодаря этой новой религии совершенно изме­нится вся жизнь людей и все государственные законы». Свое право на создание собственной религии и уподобление Христу Илиодор мотивировал наличием личных способностей, подоб­ных способностям Христа: «Есть неопровержимые факты, что я, живя среди вас, творил чудеса: исцелял больных, предсказывал события за целые годы вперед и, как по книге, читал сокровен­ные мысли, ваши вожделения, все это я делал не силою Бога, который, родивши или непостижимо для ума человека произ­ведши семя мира, никак уже и никогда не вмешивался и не вмешивается в нашу жизнь, делал это не молитвою, которая, по теперешнему моему разумению, есть пустая забава мелких душ, а единственно силой любви. Я чувствовал иногда, как эта сила нисходит от меня и поселялась в вас, исцеляя вас от телесных… от душевных недугов; не знаю, как действовала, как исходила эта сила»60. Однако теперь бывшего иеромонаха интересовала не только религиозная деятельность: «Мне известно, — продолжал свидетель, — что, поселившись на хут. Большом и выстроив там дом, в котором имеются подземные ходы в соседние сады, он решил заняться изготовлением взрывчатых орудий, приобрете­нием и скоплением оружия и печатанием революционных воз­званий, которые отправлял к представителям революционных партий…». Во время подготовки к аресту Илиодора свидетель внезапно умирает от отравления рыбой. А Илиодор успевает скрыться за границей.

С момента отречения Илиодора и со времени краткого пе­риода действия его новой секты меняется характер пещерокопания; Илиодор по-прежнему пытается создавать подземные ходы там, где рассчитывает найти убежище: и на хут. Большом, и на хут. Букатине, и на хут. Накладке6l.

Наиболее развитый комплекс находился на хут. Большом, на редине Сергея Труфанова. Здесь он основал свою секту. Изве­стно, что тайные коммуникационные ходы шли из его дома «Но­вая Галилея» в соседние сады. Однако остаются нерешенными вопросы относительно назначения и характера подлинного ис­пользования подземных ходов «Новой Галилеи», нельзя сказать, что описание коммуникационных ходов Синицына производит впечатление исчерпывающего. Их устройство не соответствует описываемой нагрузке.

Секта, созданная Илиодором, вобрала в себя именно лю­дей маргинального слоя, в основном необразованных, и этот факт специально подчеркивается в протоколах Жандармского де­партамента. Основным источником, который позволяет восста­новить устройство подземной части Новой Галилеи — резиден­ции Сергея Труфанова на хут. Большом —’ являются материалы «протокола с показаний свидетеля Ив. Ив. Синицына». Он пред­ставляет функциональную нагрузку подземного сооружения не как культовую, а подпольно-революционную, с террористичес­ким уклоном. «С. Труфанов имеет непосредственные связи и сно­шения с представителями революционных организаций и вошел с ними в соглашение по достаточной подготовке народных масс здесь в Царицыне произвести смуту, которая послужила бы на­чалом к повсеместным беспорядкам, политическим забастовкам и террористическим актам. Мне известно, что для исполнения этого им предполагалось следующее: поселившись на хут. Боль­шом и выстроив там дом, в котором имеются подземные ходы в соседние сады, заниматься изготовлением взрывчатых орудий, приобретением и скоплением оружия и печатанием революцион­ных воззваний, которые он отправлял бы к представителям рево­люционных партий»62. Синицын перечисляет три тайные подзем­ные галереи, идущие из дома Труфанова в Большом, но он описы­вает их именно как коммуникационные ходы. В то время как общая нагрузка на резиденцию мятежного иеромонаха ложится немалая: это и подготовка бомб, и собственная типография, хранение ору­жия. Все это не могло находиться в доме, и по подробному описа­нию помещений не прослеживается возможность хранения таких серьезных улик открыто в наземной части Новой Галилеи. Не стоит забывать, что внимание жандармерии нимало не ослабло к бывше­му иеромонаху Илиодору. И в его окружении находились тайные агенты, чьи сообщения не дают информации о возможной терро­ристической деятельности Илиодора и о наличии подземных частей в его резиденции. Вопрос о достоверности информации Синицы­на 63 обсуждался в управлении, и она была признана достоверной и достойной внимания: «Показания, данные Синицыным на след­ствии, заслуживают доверия, так как подтверждаются собственно­ручными писанными и представленными Синицыным записками и имеющимися приделе подлинными телеграммами (Илиодора)»64.

Отсюда можно сделать только один вывод. Синицын мог не знать обо всех подземных помещениях Новой Галилеи. Впрочем, он сам, подробно описывая два хода в сады из уборных (которы­ми, судя по описанию, богатому подробностями, он лично пользо­вался), не смог указать точно место входа и выхода третьей гале­реи, в существовании которой он был уверен. Итак, остается главный вопрос: а были ли ходы в хуг. Большом культовыми? Какова была подлинная цель их создания?

Нельзя отрицать, что гонимый мятежный иеромонах нуж­дался в убежище, но когда ему приходилось бежать и скрывать­ся от полиции, он пользовался в основном стандартными сред­ствами, а не; потайными ходами. Очевидно, ими действительно пользовались доверенные лица Илиодора во время посещений, поскольку за домом было установлено наблюдение. А их визиты носили тайный характер. Часто приходили к мятежному иеромо­наху сектанты: «К Труфанову приезжает много сектантов из сре­ды казаков и просят его руководства в делах веры»65. То, что нагрузка подземных ходов не могла ограничиваться коммуника­ционными целями, можно предположить, исходя из особеннос­тей культа секты, созданной Илиодором:

«Столовой служила в нижнем этаже большая комната, в которой стоял стол, за которым ели все проживающие у Сергея Труфанова и сам он. На стене этой комнаты висели портреты Льва Толстого и Лютера, причем С. Труфанов занимал место, имея с левой стороны своей портрет Лютера, а с правой Льва Толстого… На втором этаже в большой комнате, служившей при­емной, стоял стол, за которым по одному человеку принимал Сергей Труфанов. Причем на стене за стулом, на котором сидел С. Труфанов, висела картина, изображающая распятого челове­ка, с чертами самого Сергея Труфанова… С. Труфанов, поселив­шись в Новой Галилее стал носить поверх поддевки белой мате­рии “хитон”, имеющий вид халата с короткими рукавами. Хи­тон есть одежда Иисуса Христа, и можно думать, что Труфанов, нося этот “хитон”, желает изобразить собою Иисуса Христа, так как благословлял своих посетителей как Иисус Христос, возло­жением рук на голову благословляемого.

Парад: Мущины являлись на этот парад в белых папахах, с деревянными кинжалами и шашками, женщины тоже некото­рые были при таких кинжалах. Все это воинство собиралось в нижнем этаже Галилеи в столовой. Сергей Труфанов сходил с верхнего этажа в столовую, здоровался с парадом, говоря “Здо­рово”, на что участвующие в параде громко отвечали: “Здравия желаем, Ваше Императорское Величество”, так как Труфанов называл себя царем Галилейским. После этого Федор Болотин рапортовал Труфанову, держа деревянную шашку на караул: “Ваше Императорское Величество, в Новой Галилее внутри и снаружи все состоит благополучно”, после этого все садились за стол есть»66.

Мы сталкиваемся с последовательным развитием идей, ко­торые были присущи Илиодору еще до отречения от православ­ной веры. Он пытается, в собственном понимании, реконструи­ровать апостольскую Церковь, где он видит себя Христом. А пе­щеры отмечали все основные моменты жизни Христа от рожде­ния до погребения. Можно предположить, что подземное соору­жение в хут. Большом продолжает и развивает культовые эле­менты, отразившиеся при создании комплекса при Свято-Духо­вом монастыре. По крайней мере, в отношении эсхатологических ожиданий, когда политические противники Труфанова, пони­маются им как сторонники Антихриста. С одной стороны, можно говорить об элементах преемственности с прежней теорией Илиодора, с другой стороны, это тот случай, когда теория переросла в своего антипода, когда изменяются сами основы веры: «Члены Синода, Вы как люди простите меня как человека… жалко было расставаться с старым Богом, познанию которого меня научили, в которого я искренне верил… Теперь у меня новый Бог, не ваш»67.

Несмотря на амбициозность Илиодора, нельзя отрицать, что он действительно вел крайне аскетичный образ жизни. Стрем­ление к созданию подземных комплексов, даже на тех хуторах, где он пребывал не более месяца, наводит на мысль, что пещерокопание как процесс имело для него самостоятельную цен­ность. Пещерокопательство же как монашеский подвиг, как форма аскезы появилось почти одновременно с зарождением самого монашества“. В то же время косвенных признаков недостаточно для окончательной реконструкции культовой пещерной практи­ки Илиодора в период его отложения от православной Церкви. Этот вопрос требует своего дальнейшего исследования.

Так какое же место занимает пещерокопательство Илиодора в общей системе культовых подземных сооружений нашей области?

С одной стороны, на территории современной Волгоградс­кой епархии, как и на территории России, пещеры Киево-Пе­черской лавры были взяты как некий универсальный образец многими пещеростроителями. В качестве примера можно привес­ти декларируемое соответствие пещерам Киево-Печерской лавры пещер Свято-Троицкого Каменнобродского монастыря, Безродненских пещер еноховцев. Игуменья Арсения была вдохновлена примером Киево-Печерской лавры в период создания пещер в Усть- Медведицком монастыре.

Эсхатологические ожидания, усилившиеся в концу XIX— XX вв. заставили народную религиозную мысль вернуться к иде­алу ранней христианской Церкви. Это характерно для общества, переживающего глубокий духовный и идеологический кризис. Среди примеров, относящихся к описываемому периоду в За­волжье, можно упомянуть о распространении в начачале XX в. «сионов» в среде сектантства — хлыстов69 и еноховцев70. В сосед­них епархиях подобное явление было известно также во второй половине XIX в. и начале XX в., речь идет о Фаворском Богоносчеигнатиевским пещерном ските71. Поэтому обращение Илиодора к святыням Святой земли — Фавору и Галилее — закономер­но. Можно говорить о некоторых закономерностях семантичес­кой связи ожидания спасения в пещере, возвращения к раннех­ристианской священной топографии Палестины и своеобразной попытке возрождения раннехристианской общины в среде ло­кальных сект, но на принципах безоговорочной, часто факти­чески тотальной власти лидера общины над ее членами. Власть, основанная на харизматических свойствах лидера, отвечала рели­гиозным ожиданиям среды, и эта ситуация устойчива в услови­ях идеологического, мировоззренческого кризиса. Илиодор в эмиг­рации скоро узнал, что его место уже занято проходимцем, под­ражавшим ему во всем, в меру своих скромных талантов, от одежды до манер. Бывшие поклонники Илиодора находили его очень похожим на «дорогого батюшку», сборы в пользу Илиодо­ра, находившегося за границей, неуклонно падали.

ИВАНОВ С.М. Возвращение бывшего иеромонаха Илиодора (Труфанова) в Советскую Россию

ПАТРИН В.Г. Научная жизнь на Богословском факультете Царицынского православного университета

Примечания

  1. Царицынский вестник. 1910. № 3492.
  2. Царицынская мысль. 1910. № 151.
  3. Царицынская жизнь. 1908. № 58, 59 и т. д.
  4. Царицынская революция иеромонаха Илиодора // Вестник Европы. 1911. № 3.
  5. Петрищев. К поведению Илиодора // Русское Богатство. 1911. № 8.
  6. Родионов И.А. Конец православной сказки // Нева. 1911.
  7. Савинский В.О. Илиодор, его личность, жизнь, труды и экономи­ческое значение для города Царицына и нечто о пещерах. Царицын, 1911.
  8. Гражданов Ю.Д. Илиодоровщина и православный монархизм в России // Великий Октябрь и крах непролетарских партий в России: Сб. научн. тр. Калинин, 1989.
  9. Болотова Е.Ю., Савицкая О.Н. Деятельность Илиодора (С. Труфанова) в Царицыне // Вопросы краеведения: Материалы VI и VII крае­ведческих чтений, посвященных пятидесятилетию Победы советского народа в Великой Отечественной войне. Волгоград, 1998. Вып. 4—5.
  10. Иванов С.М., Супрун В.И. История иеромонаха Илиодора из Свято-Духова монастыря г. Царицына. Рукопись.
  11. Баханов А.Н. Распутин. Анатомия мифа. М., 2000.
  12. Редькина О.Ю. Илиодор в Советской России: 1918—1922 // Стре­жень. Волгоград, 2000. Вып. 1. С. 164—169.
  13. Родионов И.А. Указ. соч.
  14. Культовые подземные комплексы с. Заплавного, Безродного, Пологое Займище, ряд может быть продолжен.
  15. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д. 273. Λ 298.
  16. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д 273. Л. 239.
  17. Под ними понимаются и Антихрист, и гласные городской думы.
  18. Постоянный намек на историю с авиатором Васильевым.
  19. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д. 273. Л 254.
  20. Хут. Морской, Чернышевского района Волгоградской области (консультация М.А. Рыбловой).
  21. С. Синенькие Саратовской области. Здесь эта секта возникла в 1894 году. Именно в этом году ее появление было зафиксировано саратовски­ми миссионером Саратовского православного церковного братства Св. Креста свящ. С. Ссрдобовым. Саратовские епархиальные ведомости. 1895.
  22. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д 273. Л 254.
  23. Полет авиатора Васильева в день памяти святителя Иоасафа. Тогда о. Илиодор обратился с просьбой к городским властям о пере­носе полета на другой день, но получил отказ, по поводу которого разразился гневными филиппиками.
  24. ГАВО. Ф. 6. On. 1. Д 273. Л. 239 об.
  25. Савинский В.О. Указ. соч. С. 15.
  26. ГАВО. Ф. 6. On. 1. Д. 273. Л. 254. Учитывая этот факт, отметим, какой беспринципностью и цинизмом отдает от обращения Илиодора к сво­им «избранным» приверженцам, продолжавшим работы под землей: Так вот как вы думаете? Если случится под землей с кем- нибудь из нас несчастье, то стоит ли тогда кому-нибудь, кроме Гос­пода Бога, жаловаться за это несчастье? Вся толпа отвечает: «Жаловаться не будем». Вот и прекрасно, я сам точно так же думаю, что жаловаться никому не следует (ГАВО. Ф. 6. On. 1. Д. 273. Л. 298 об.).
  27. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д 273. Л. 251 об.
  28. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д. 273. Л. 299.
  29. ГАЮ. Ф.6. On. 1. Д. 273. Л. 299.
  30. ГАЮ. Ф. 6. On. 1.Д. 273.Л. 299.
  31. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д 273. Л. 305 об.
  32. При этом Киево-Печерская лавра рассматривалась как некий универсальный образец не столько в реальном плане устройства са­мих пещер, сколько по отношению к представлениям о надлежа­щем устройстве пещер в народном религиозном сознании, что нео­днократно прослеживается как по известным письменным источ­никам, так и по материалу быличек о пещерах.
  33. Смирнов Ю.А. Лабиринт: морфология преднамеренного погре­бения: Исследование, тексты, словарь. М., 1997. С. 101—102.
  34. Беляев Л. Христианские древности. Введение в сравнительное изучение. М., 1998. С. 78—80.
  35. ГАВО. Ф. б. On. 1. Д. 330.1913 г. Секретно. Начальнику Саратовского губернского жандармского правления. Ротмистр Тарасов по данным агента Романова.
  36. Петрова Т. Пещерные монастыри как явление русской духов­ной культуры // К свету. № 17.
  37. Там же. С. 114.
  38. Там же.
  39. Термин «терратектура» введен В. Слукиным и означает внут­реннее пространство подземного сооружения.
  40. Борисоглебский монастырь (XVI в.), Яковлевский монастырь (XVII в.) Ростовской области.
  41. Консультация архитектора-реставратора ОНПЦ по охране па­мятников Волгоградской области И. Полуэктовой.
  42. Сохин М.Ю. Подземные сооружения Новоиерусалимского (Вос­кресенского) монастыря // Спелестологический ежегодник РОСИ 2000. М., 2001. С. 255.
  43. Там же.
  44. Там же.
  45. Там же. С. 265.
  46. Карташев А.В. Очерки по истории русской церкви. М., 1992. Т. г С 148.
  47. Сохин М.Ю. Указ. соч. С. 254.
  48. Карташев А.В. Указ. соч. С. 141.
  49. Бусеева-Давыдова И.Л. О замысле «Нового Иерусалима» пат­риарха Никона // Иерусалим в русской культуре. М., 1994. С. 177—178.
  50. Там же. С. 179.                        , , :Т
  51. Сохин М.Ю.‘Указ. соч. С. 254.
  52. Карташев А.В. Указ. соч. С. 145.
  53. Там же. С. 199-200.
  54. Там же.
  55. Бусеева-Давыдова И.Л. Указ. соч. С. 175.
  56. Плюханова М.В. О некоторых чертах личностного сознания в России XVII в. Ц Художественный язык средневековья. М., 1982. С. 191.
  57. Соловьев С.М. История России с древнейших времен. М., 1991. Кн.б.С. 253.
  58. Ольшанский Д.В. Массовая психология и политическое поведе­ние // Вопросы философии. 1995. № 4.
  59. ГАВО. Ф. 6. On. 1. Д. 304. Л. 231. Отречение Иеромонаха Илиодора Святейшему синоду.
  60. Там же.
  61. Подкоп на кухне дома, в котором жил один месяц С. Труфанов. ГАВО. Ф. 6. On. 1. Д. 372. Л. 14. «Цель устройства тайных выходов из доме® в хуг. Накладке, а затем в Букатине та, чтобы, живя наружно без общения с поклонниками, через эти ходы доставлять к себе нужные взрывчатые вещества и другие материалы, а затем при надобности незаметно исчез­нуть и появиться в Царицыне». ГАВО. Ф. 6. On. 1. Д. 372. Л. 14 об. По показани­ям И.И. Синицына очевидно, что указанные подкопы должны были иметь коммуникационное значение, как, по его же словам, и обширные ходы в хут. Большом, но ходы в Большом нельзя ставить в один ряд с подко­пами на хут. Накладке и Букатине, поскольку после отречения Труфанова дом Новая Галилея стал основной резиденцией его секты.
  62. ГАВО. Ф. 6. On. 1.Д. 372 Л. 13.1914г.
  63. Секретно. Помощник начальника Саратовского губернского жан­дармского управления И.И. Синицын — один из бывших преданных по­клонников Сергия Труфанова… Главный участник его побега из Флорищевой пустыни. По словам знающих Синицына, он человек умственно неуравновешенный и временами бывает психически больной (выделен­ное в документе зачеркнуто. — Ю. Я). ГАВО. Ф. 6. On. 1. Д. 372. Л. 14 об. 1914 г.
  64. ГАВО. Ф. 6. Оп. 1.Д 372. Л. 45.1914 г.
  65. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д. 330. Д. 1 об.
  66. ГАЮ. Ф. 6. On. 1. Д. 372 Л. 35.
  67. ГАВО.Ф.б-Оп. 1.Д. 304. Л. 231.
  68. Пещерокопательство как форма аскезы зародилось в раннем мо­нашестве: «…Помещая приходивших к нему около себя, он, в частно­сти, учил их поступанию, согласному с Божией волей, уменью нази­дать других и рукоделью. Кроме того, по его приказанию они долбили в каменной горе пещеры, закрывали их камышом и там жили. Позднее Макарий соединил их всех около себя и велел им взяться за дело пост­ройки маленькой церкви, которую они и воздвигли» (Сидоров ЛИ. Древ­нехристианский аскетизм и зарождение монашества // Православный паломник. 1998. С. 143).
  69. Заплавненские пещеры сектанты называли Новый Сион.
  70. В Новом Сионе еноховцев — на Кидяковских хуторах — сек­танты ожидали конца света в 1900 году.
  71. Скит православный. Там, откуда начали рыть пещеры, устроен скит. Место это напоминает гору Фавор, почему и называется (кон­сультация В. Степкина).

Сноски

[1] Поддержка данного проекта была осуществлена АНО И НО-Центр в рамках программы «Межрегиональные исследования в общественных науках» совместно с Министерством образования Российской Федера­ции, Институтом перспективных российских исследований им. Кеннана (США) при участии Корпорации Карнеги в Нью-Йорке (США), Фон­дом Джона Д. и Кэтрин Т. МакАртуров (США). Точка зрения, отраженная в данной статье, может не совпадать с мнением вышеперечисленных благотворительных организаций.

ЛАЗАРЬ (КУЛИКОВ), иером. Игуменья Усть-Медведицкого монастыря Арсения (Себрякова) и традиции умного делания в России

Полева Ю.В. К истории Царицынского Свято-Духова монастыря // Мир Православия. Сборник статей. Вып. 5. Волгоград, 2004. С. 291-313.

Смотреть и скачать статью в формате pdf

Оставить комментарий