РПЦ в XX векеТинина З.П. 

ТИНИНА З.П. Дневник архиепископа Царицынского Дамиана 1919-1922 годов

Гражданское противостояние 20-х годов XX века негативно отразилось на судьбах российского православного духовенства. Оно раскололось на обновленцев и традиционалистов. Автор «Днев­ника» явно принадлежал к последним, поскольку не пошел на сотрудничество с большевиками и вместе с белой армией, с царицынским духовенством и прихожанами оказался в конеч­ном итоге за границей, о чем и повествует в своем «Дневнике».

Историческая значимость источника заключается также в том, что он написан видным представителем Русской Право­славной Церкви Дамианом (11.02.1855— 19.04.1936), о судьбе и деятельности которого почти ничего не известно в отечествен­ной историографии. О нем имеется лишь упоминание в статье учителя истории города Волжского Волгоградской области Д. Са­вельева2. «Дневник» позволяет подробнее познакомиться с жиз­нью и деятельностью его автора, заполнить лакуну в драмати­ческой истории Церкви 20—30-х годов, образовавшуюся в связи с отсугствием в отечественных архивах и соответствующих изда­ниях этого уникального источника.

Несмотря на свое конкретное название, «Дневник» соот­ветствует мемуарному жанру. В нем содержатся воспоминания Царицынского архиепископа об истории Церкви в гражданскую войну в России и за рубежом, вынужденного разделить свою судьбу с судьбами многих представителей русского духовенства и белого движения. В нем показаны с позиции автора драмати­ческие события в Царицыне, проблемы православного духовен­ства в Крыму, Турции и Болгарии, прочие факты из жизни православных архиереев5.

Публикуемый источник, без сомнения, принадлежит к числу первостепенных по истории Русской Православной Церкви и белой эмиграции в первой четверти XX века. Он представляет собой замечательный памятник политической и богословской мысли русского духовенства в эту драматическую для Право­славной Церкви в России и за рубежом эпоху. В пользу мемуар­ного жанра говорит тот факт, что на протяжении всего текста источника используются глаголы в прошедшем времени. Автор «Дневника» явно осмысливал исторические события после того, как пережил их вместе со всей эмиграцией.

Точная датировка источника затруднительна, поскольку его написание не имеет конкретной даты. К тому же, воспоминания по каким-то причинам не закончены, и обещанного продолже­ния им нет. Однако в тексте определены крайние хронологичес­кие границы исторической информации. Воспоминания начина­ются с событий эвакуации духовенства из Царицына в Ставро­поль-Кавказский «по распоряжению военной власти» во главе с Дамианом, где они пробыли с августа по октябрь месяц 1919 года4. Эта дата является нижней хронологической границей ис­точника. К верхней относится 26 января — 3 февраля 1922 года, когда, по свидетельству Дамиана, он, уже будучи в Болгарии, а точнее в Пловдиве, был приглашен на заупокойную литургию «в 40-й день смерти папы Бенедикта». Литургия проходила в церкви монастыря «Лазаристов Св. Георгия»5.

Между крайними хронологическими пределами источника последовательно указываются даты передвижения царицынского духовенства в соответствии с событиями гражданской войны и эмиграции: В частности, Дамиан пишет, что через полтора месяца после первой эвакуации из Царицына город «был освобожден от Красной армии», и они вновь «все возвратились домой»6. Но в том же декабре месяце 1919 года им пришлось эвакуироваться сначала в Ростов-на-Дону, затем в Крым, а именно в Севастополь, в феврале месяце 1920 года. В ноябре 1920 года все члены «Братства» и училище вместе с Дамианом на транспорте «Рион», как пишет автор, эмигрировали в Стамбул, поскольку Красная армия захва­тила Крымский полуостров7. В ноябре 1921 года начался следую­щий этап передвижения «Братства» во главе с Дамианом, и свя­зан он с Болгарией. Эта страна стала последним пристанищем для архиепископа Царицынского и его соратников.

Воспоминания написаны на русском языке. Язык отличает­ся образностью пастырской речи. В тексте используется буква «ять», которая указывает на принадлежность автора к русско­язычной культуре XIX века. В пользу авторства Дамиана говорит стиль изложения материала. Он идентичен стилю его опублико­ванных проповедей8. Здесь также можно встретить элементы эмо­циональной, разговорной речи, цитаты из Библии, аллегоричес­кое осмысление библейских истин и т. п.

В воспоминаниях запечатлено авторское видение тех или иных событий эвакуации и эмиграции царицынского духовен­ства в гражданскую войну, а также пастырской и просветитель­ской деятельности архиепископа Царицынского в первой чет­верти XX века за границей. Дамиан относится к фактическому материалу избирательно, поскольку не ставит перед собой цель описывать каждый день своей жизни. Он рассказывает о наибо­лее значимых, по его мнению, в религиозном и политическом смысле событиях, ставших следствием гражданского противо­стояния в России.

Кроме того, архиепископ очень подробно описывает труд­ности своей пастырской деятельности и называет конкретные лица из среды православных архиереев Сербии, Стамбула, Бол­гарии, которые препятствовали в угоду каких-то корыстных ин­тересов процветанию «Братства» и духовного училиша. Дамиан также много внимания уделяет своим соратникам по миссионер­ской службе. Он достаточно скрупулезно придерживается хроно­логической и логической последовательности своего повествова­ния. Совершенно очевидно, что архиепископ Царицынский Да­миан, будучи известным и влиятельным среди эмигрантов, не­плохо знал закулисную сторону непростой жизни Церкви за ру­бежом, по крайней мере, в той части, в которой лично сам сталкивался с ней.

Воспоминания Дамиана интересны своим идейным содер­жанием, концепцией истории Православной Церкви за рубе­жом, а также своеобразным авторским восприятием тех описы­ваемых им событий, свидетелем и активным участником кото­рых ему довелось быть. Публикуемый впервые источник позво­ляет более объективно и глубоко посмотреть на трагические со­бытия гражданской войны в России, на судьбу русской эмигра­ции сквозь призму впечатлений об этих событиях одного из пред­ставителей белого движения в лице архиепископа Царицынского Дамиана.

Подлинник хранится в домашнем архиве правнука Дамиана Юрия Борисовича Словачевского (Болгария, София); копия под­линника — в домашнем архиве супругов И.Г. и З.П. Тининых (Волгоград)

В оригинале источник занимает 40 машинописных страниц, условно разделен на 28 частей, каждая из которых имеет свое заглавие, вынесенное на поля текста. Первые 6 частей этого ис­точника насыщены подробностями эвакуации мирян и царицынс­кого духовенства вплоть до их прибытия в Турцию В них также имеются сведения об открытии Пастырско-Богословского учили­ща, формировании правительства, административных органов в Крыму. Здесь же показан процесс организации Братства Св. Вла­димира в Крыму и его положение в Турции. Остальные 22 части полностью посвящены учебно-воспитательной деятельности Брат­ства за рубежом и открытию русских приходов за границей.

Все части «Дневника» различны по объему: 1-я и 7-я имеют всего по 8 строк; 2-я, 3-я, 8-я и 9-я представлены в объеме до одной страницы машинописного текста через два интервала; тек­сты остальных разделов источника расположены не более чем на одной-полутора страничках, напечатанных также через два ин­тервала. Ни одна из частей источника не имеет конкретной дати­ровки ее написания.

Архиепископ Царицынский Дамиан.

Дневник моего беженства с духовенством Царицынской епархии
в гражданскую войну с августа 1919 г.

Л. 1. ЭВАКУАЦИЯ ЦАРИЦЫНСКОГО ДУХОВЕНСТВА В СТАВРОПОЛЬ-КАВКАЗСКИЙ

По распоряжению военной власти почти все духовенство во главе|’ со мною эвакуировалось из Царицына в Ставрополь- Кавказ|ский п, где пробыли с августа по октябрь месяц 1919 года.| Пребывание наше в Ставрополе, благодаря епископу Ми­хаилу,! управляющему Ставропольской епархией, обставлено было вниманием 1,1 и предупредительностью, даны были помещения всем семьям| до 200 душ. Служить предоставлено было в Кресто­вой церкви и| в других городах Ставрополья-!

ОТКРЫТИЕ ПАСТЫРСКО-БОГОСЛОВСКОГО УЧИЛИЩА В СТАВРОПОЛЕ

Во время пребывания нашего в Ставрополе с разрешения! Высшего Церковного Управления, открыто было Пастырско- Бого|словское училище с 4-х годичным курсом. Помещение было| предоставлено в здании епархиального училища. Организовано! оно было при помощи ректора Ставропольской Духовной семи­нарии| протоиерея Иванова с педагогическим персоналом. Сред­ства! отпущены были Донским правительством 100 000 рублей на содержание педагогического персонала, от епархии Царицынс­кой! ассигновано было на содержание интерната 309 000 рублей. Заня|тия в училище продолжались всего полтора месяца. Цари­цын! был освобожден от Красной армии, и мы все возвратились до|мой; было переведено и училище. При чем семинария любезно! снабдила училище учебниками и учебными пособиями !

В Ставрополе был один из жителей Царицына, некто| Се­ребряков, с большим состоянием он обратился ко мне с| просьбой указать, на какое доброе дело ему можно было бы на|править его капитал. Я ответил, что в Царицыне нет здания| для духовно­учебного заведения, а Пастырско-Богословское учи|лище уже открыто, и оно не имеет подходящего помещения Госпо|дин Се­ребряков дал слово, что все будет сделано по возвра|щении в Царицын и начал готовить план здания. Ему лично не| суждено было выполнить своего намерения, потому что он вскоре! умер. Но эта идея, надо думать, осталась в семье. Об этом не| было после речи, потому что по возвращении в Царицын снова| надо было эвакуироваться в декабре месяце-!

Л. 1 об. ВТОРАЯ ЭВАКУАЦИЯ ИЗ ЦАРИЦЫНА ВР./ НА ДОНУ ιν

На этот раз указано было военною властью эвакуироваться! в Ростов н/Д, а затем в Крым, именно в Севастополь,! куда и прибыли в феврале месяце 1920 года.|

Пребывание в Крыму оставило большие следы в на|ших воспоминаниях. Беженцы были успокоены упорными завере|ния- ми, что Крым место неприступное для Красной армии, приво|- дились всякого рода данные. Военное ведомство открыло разные! административные учреждения. Духовная власть во главе с| архи­епископом Дмитрием v, открыло Высшее Церковное Управле­ние, хотя здесь и одному епископу нечего было делать, ибо| была только половина епархии в его распоряжении, все к| северу от Крымского полуострова было в ведении Святейшего! Патри­арха Московского. Было приезжих четыре епископа| и Тавричес­ких — два VI. По желанию архиепископа Полтавского! хиротони­сан был ему викарий архимандрит Серафим во| епископа Дубай­ского, хотя Дубны были в области Патриарха.|

Избрание и поставление его во епископы совершалось по­становлением Церковного Управления. Не все епископы, пре­бывающие в Херсонесе, участвовали; узнали об этом после| со­вершения хиротонии. Какие полномочия предоставлены ему] были, неизвестно.

Из учреждений военных можно отметить одно, под| назва­нием: «литературно-конкурсный отдел» на составление! брошюр в размере 1 -1 !4 листа на темы: 1. Основные положения новой власти; 2. Цели и задачи нового правительства;! 3. Что мы несем рабочему; 4. Что мы несем народу; 5. Враги| народа — наши враги; 6. Кто не с нами — тот против нас; 7.| Хлеб — голодному, фабри­ка — рабочим, мир — народу; 8. Христианство, как источник борьбы с темными силами; 9 Вера, Церковь,! Государство; 10. Что несет миру коммунизм; 11. Собственность! — право, комму­низм — бесправие; 12. Роль коммунизма в разрушении! Государ­ства; 13. Почему мы должны бороться с большевиками;! 14. На­родная армия.|

ОРГАНИЗАЦИЯ БРАТСТВА В КРЫМУ

На некоторые из этих тем мною послано было| несколько рукописей v«, которые и были отпечатаны. Высказанные! мною мысли в брошюрах стали известны многим в Севасто|

Л. 2. поле.|

По поводу издания моих брошюр, главным образом «В еди­нении сила», ко мне явилась депутация из двух лиц — издателя! книг г-на Каширова и кандидата прав г-на Захарина, и обрати­лась с вопросом: «Что можно было бы сделать, чтобы высказан­ные мысли были не на бумаге, а на деле» — этот вопрос здесь же| обсудили, обменялись мнениями и решили: организовать такое брат|ство в старорусском духе, которое привлекло бы к деятель­ности всех желающих добра Родине и охватило бы по возможно|- сти всю жизнь беженцев. В основу этого решения принято было] положение о братствах Львовском и Виленском, которые сосре|- доточием своим имели церковь и по деятельности своей расширя­лись в географических пределахvm. Предположили наименовать! это братство: «Свято-Владимирским», потому что учреждается у куп|ели Св. Владимира в Херсонесе, православным, потому что глав|ная цель — утверждение православия; по молитве Св. Влади­мира «со|блюди русский народ в православной вере». Прибавили к этому| наименованию. «Всероссийское», потому что предположи­ли расширить его территорию по мере расширения завоевания русской ар|мией вплоть до Москвы, где благословит деятельность братства) сам Патриарх. В задачи братства входили деятельность про­светительная, благотворительная и организационно-церковная.| Последняя деятельность направлена была против неправильно! по­нятой народом приходской реформы. Народ понял ее в смы|сле предоставления народу неограниченных прав хозяйничать! в церк­ви. В Таврической епархии старосты держали у себя| ключи от церкви и разрешали священнику служить и входить в[ храм по своему усмотрению. Архиепископ Дмитрий вычеркнул! параграф об организации приходов и уяснении смысла реформ,! сказав, что у него в епархии все обстоит хорошо, никаких! недоразумений нет; но деятельность братства благословил. В| ответе на мою просьбу от 2-го июля 1920 года № 1131, об утверждении устава братства, выразил: «Учреждение Всероссийского) Св. Владимира Православ­ною Братства считаю и своевременным,! и полезным для Церкви Божьей. Чем больше будет духовных! крепостей, тем легче окажет­ся ведение борьбы с властями, началами, с миродержателями тьмы века сего, успешнее о Господи! |

Л. 2 об. Пойдет победа добра над злом…» Обращена была просьба| к архиепископу Феофану и епископу Вениамину Севастопольско|му, принять участие в деятельности Братства. Оба отказались,! а епископ Вениамин запретил подведомствен­ным монахам| Херсонесского монастыря и духовенству записы­ваться в число| членов Братства. Открыто было Братство при са­мой торжестпен|ной обстановке у купели Владимира Святого 8- го сентября 1920-1 Много было народа из Севастополя и соседних деревень. Чувствовался большой подъем деятельной веры. Много было сказано! весьма содержательных речей. Один из членов Брат­ства напи|сал стихи на открытие Братства, которые военною цен­зурою одо[брены к печати. Записалось более ста членов с взноса­ми! 50050 рублей. После открытия Братства прибыл из-за грани­цы) Высокопреосвященный Антоний, митрополит Киевский и Галицкийх,| познакомился с деятельностью Братства и на прото­колах засвидетельствовал высокий подъем высоких чувств чле­нов Бра|тства и выразил готовность принять участие в делах его.| Он участвовал в заседаниях Братства. Религиозно-просветитель­ные задачи Братства выразились в чтении лекций группой братчиков в разных ме|стах города Севастополя: епископа Дамиана, прот. Миляновского,| г-на Гасловах|.|

Деятельность Братства выразилась в учебно-восгштателbl- ной части. На хуторе Н. Херсонес (Туровка) была открыта гим­назия смешан|ная для детей беженцев, открыто три класса и приготовительный|для 200 учащихся. Хуторянин И.И. Войцехов- ский предоставил для| гимназии свой дом в два этажа. Педагоги­ческий персонал был| обеспечен сбором пожертвований около 10 000 000 рублей, что с| большим усердием выполнили А. Во- щенко, А. Дижняк, М. Ананьев.| И гимназия была принята в ведение министерства и пользовалась! всеми правами правитель­ственных учреждений, а Братство взяло| на себя выполнение фун­кций попечительского совета, учрежденного! по закону 1-го июля 1914 года».|

Л. 3. «Директором назначен Гурийско-Минарейский епар­хиальный наблюдатель, кандидат богословия, ст. сов. Н.Ф. Симскийхм. Все преподава|тели со специальным высшим образо­ванием. Для гимназии Херсо|несским монастырем уступлена была малая церковь Св. Седми Му|чеников Херсонесских, в которой совершали богослужение арх.| Кирилл и Св. Андрей Мишин. Вы­работаны были руководственные| указания по учебно-воспита­тельной части гимназии по требованиям современной педагоги­ки и запротоколированы-!

В целях религиозных Братство приступило к изданию! на­тельных крестиков для детей и армии, для чего имела доста|точ- ный капитал из пожертвований.!

Для дальнейшего обеспечения гимназии было учреждено при Брат|стве кооперативное общество с правлением из членов Братсфа: архимандрита Кирилла, П.В. Забелина и И.А. Родос­ского. Кооперат ив начал свою деятельность торговым каботаж­ным рейсом) на арендованной шхуне вдоль побережья Крыма.|

Несмотря на заверения правящих сфер в неприступно|сти для Красной армии крымского полуострова, все же пришлось! эваку­ироваться из Севастополя и в спешном порядке; успели| взять с собой только самое необходимое. В ноябре 1920 года| на транспорте «Рион» многие члены Братства прибыли в Константинополь. На пути они вместе с новыми членами, записавшимися! на «Рионе», решили продолжать свою деятельность в Царьграде[ с изменением устава сообразно с жизненными условиями стра|ны.|

БЕЖЕНЦЫ В ПРОЛИВЕ КОНСТАНТИНОПОЛЯ

После недельного плавания «Риона» беженцы увидели Царь[град с возвышающеюся Айя-Софиею. Все утомленные вос­прянули! духом, а для кого Царьград с Айя-Софиею был пред­метом! изучения великих исторических воспоминаний и размыш­лений,! панорама открывшихся берегов и зданий вызвало душев­ное вол|нение и слезы умиления. Чаяния православных русских людей| осуществились наяву, а не во сне. Для русских людей видеть Св.| Софию, побывать в центре христианства, в колыбели православия,! было заветною мечтой. Несколько дней привелось оставаться в| проливе и созерцать дивные картины колыбели пра­вославия.!

Л. 3 об. Христианское сознание говорило нам, что все со­вершившееся на|яву — не случайное явление. Движение Российс­кое и движение миро|вое привело нас к центру православия для какой-то великой| цели, ибо все пережитое русским человеком за эго время — дело| большого масштаба. Нас высадили на берег, и мы вступили в| самый город, предмет исторических воспоми­наний. Нас еписко|пов приняли любезно в Болгарской екзархии. Митрополит Ме!латийХМ| всем епископам (пять) предоставил по­мещение и содер|жание. Через несколько дней два епископа вые­хали на остров! Халки, а три остались на иждивении екзархии. Наши взоры и же|лания прежде всего направлены были к Св. Софии, и мы неодно|кратно ее осматривали. Здесь мы увидели, что к ней стекаются! племена и народы (кроме греков, которым турки возбраняли! вход). Желательными посетителями здесь были русские и особенно русское духовенство. Служащие при храме предупредительно им| показывали все достопримечательности храма. Один из сторо|жей с благоговением указывал на крест, еле заметный из-|за штукатурки на своде, и на лик какого-то святого, тоже ед|ва заметный. В разговорах образованные и нео­бразованные! турки прямо высказывались: «Нам не удержаться в Константи|нополе, нам жаль Айя-Софии, но если отдавать кому, то только! русским, потому что русские хороший народ и хоро­ший наш| сосед». У каждой национальности, очевидно, здесь таи­лось ревни[вое стремление приобрести влияние и силу на этой точке зем|ного шара. Но предпочтение обладатели — турки дела­ли русским.! Они чувствовали, что наши чаяния здесь в Царьгра- де, на Восто|ке, а не на Западе. Из древней Византии зажжены светила цер|кви русской, а от земли Русской по всему миру. Нам русским| надо было только подогреть здесь светильник от своего елея,| привезенного из России. Эвакуация наша в Царьград — момент| в высшей степени был для нас благоприятный. Мы воо­чию убедились, что мусульманский мир не только не враждебен нам,| но относится с трогательной предупредительностью. Наро­ды Ев|ропы сначала не были враждебны к нам. Американский народ| подъял великий подвиг спасения России от опасности по- гибнуть.|

Л. 4. Этот великий народ он взял на свое попечение, и совершенно бескорыстно, содержание и воспитание русских де- тей.| Это должно быть занесено на страницы истории во всей полно|те.|

Достойно примечания и то, что греки — Патриарх и народ| относились к нам с полным вниманием и предупредительно|- стью. Все греческие храмы предоставлены были русскому духо- вен|ству для совершения служб церковных. Церковные настоя- тель|ства всех церквей выражали желание принять в своем хра|ме русского епископа и видеть русскую службу. Галлиполийцы| от­метили в печати ласку, оказанную русским греками, митропо­лит Галлиполийский Константин после одной греческой литур­гии обратился к своей пастве с глубоко прочувствованным! сло­вом, напомнив о той роли, какую играла Россия в деле| осво­бождения Греции, и ту помощь, какую имели всегда греки| от русского народа в дни спокойной жизни Государства. Это| слово лежало в основе добрых взаимоотношений между грека|ми и рус­скими. Храм был предоставлен Русской Армии для мо|литвы, школы для лазаретов, отведено было общежитие для духовен­ства («Русские в Галлиполи». Стр. 262).|

На острове Антигоны образовался русский приход при| гре­ческой Церкви и подчинился митрополиту острова Халки. От- но|шения греков и русских были очень благожелательны. Боль­шое! утешение доставила мне служба здесь 25 марта 1921 года. Такое| же утешение получил я в греческой церкви (Панагия) в Анта-|Баджи, в лагере (Ланг) Эди-Куле, где священником был о. Пол|тавцев, совершал Божественную литургию при большом стечении! народа 25 июля 1921 года; в Церкви Божьей Матери Упование,! г-не совершал литургию 18 августа 1921 года при боль­шом сте|чении народа в сослужении двух русских и двух гречес­ких| священников, одного русского и одного греческого дьяко­нов. Был| крестный ход но приходу. Это сделано было для объеди­нения православных против действий католиков. Речь моя о раз­витии хри|стианства под покровом Божьей Матери переводилась греком,I окончившим духовную русскую академию;|

Л. 4 об. Два раза служил в церкви СВВ. Софии, Веры, Надежды и Любви; в селе Коп-Копу| на Успение Божьей Ма|те- ри; в Ак-Сарае в церкви Божьей Матери Одегитрии. Везде пел хор русских певчих.|

ПРЕБЫВАНИЕ В БОЛГАРСКОЙ ЕКЗАРХИИ И НАТАТОВНЕ

Мое пребывание в Болгарской Екзархии продолжалось! 5 месяцев. В апреле месяце я вошел в соглашение с иеро|монахом Иезекиилем занять помещение в его громадном до|ме на Татов- не, который известен под именем «Русский дом».| Он уступил мне по умеренной цене 36 комнат, где я предположил сосредо­точить деятельность Братства. Предположено! было поместить здесь культурно-просветительные учреждения,! прежде всего Пастырс­ко-Богословское училище.|

УЧАСТИЕ АМЕРИКАНЦЕВ

Американский комитет спасения и воспитания русских! де­тей, узнав об этом, обратился ко мне с просьбой, отноше|нием от 27 апреля 1921 года об устройстве здесь культурно-просвети­тельных организаций комитета. На эту просьбу дано| было полное согласие. С помощью проф. Унттимора и Американского Красно­го Креста комнаты были отремонтированы и приспо|соблены для интерната русских детей и юношей. Открыты были| здесь детская площадка и интернат для старших классов! гимназии. Всех в ин­тернате было 50 душ детей разного возраста.|

Для добывания материальных средств Братство устроило здесь прачешную, инвентарь был весь приобретен от| кружка «Помо­щи Русским» за 150 турецких лир.|

УЧРЕЖДЕНИЯ НАТАТОВНЕ ИМЕНИ БРАТСТВА, ВОЗОБНОВЛЕННОГО В КОНСТАНТИНОПОЛЕ

Для той же цели устроена была здесь рыбо-коптильня.| К деятельности Братства примкнул комитет Союза| Городов. Я принял к участию Союз Городов в качестве! сотрудников и уступил ему во временное пользование восемь! комнат. Союз Городов из­брал меня Почетным Председателем! всех учреждений в доме. Но затем Союз Городов начал| действовать в качестве хозяина дома и сноситься помимо ме|ня с американскими учреждениями. Я вы­разил протест бумагой!от 29 сентября 1921 года за № 30.|

Все это делалось по личному распоряжению Председателя Братства, потому что устав Братства не был долгое! время утвер­жден. Архиепископ Анастасий медлил.|

Л. 5. Не давал ответа. Председатель Русской миссии г-н Не- ратов| и Консульство не утверждали устав, потому что не желал этого| архиепископ. Устав Братства утвержден был Высшим Церков|ным Управлением в Сербии 21 ноября (4-го декабря) 1921 года| с добавлением архиепископа Феофана о каноническом подчинении Братства Высшему Церковному Управлению и ар­хиепископу Ана|стасию. Так как деятельность Братства должна была проявляться! в области Греческого патриарха, то сочтено было необходимым! обратиться и в Патриархию за утверждением устава. В Патриар[хии с большим вниманием отнеслись к этому делу. Местоблю|ститель Вселенского Престола митрополит Кесса- рийский Николай.!

УЧАСТИЕ ГРЕЧЕСКОЙ ПАТРИАРХИИ

18 июля 1921 года, любезно ответил на ходатайство: По синодальному постановлению и по должному исследованию этого уста|ва в ответ сообщаем Вам с радостью, что препятствий на утверждение этого устава не оказалось и поэтому с готовностью! преподаем церковное благословение на его применение и поже­лание всяческого преуспевания Братства в его благочестивых! целях. Да будут лета Ваши долги, здравы и спасительны».|

Это обращение к Патриархии Высшим Церковным Управ|- лением Константинопольским признано действием неканониче­ским с моей стороны-1

Главною заботою моею было открытие здесь Пастырско- Бо|гословского училища, по примеру первой эвакуации. Для этого глав[ным образом и заарендованы были комнаты в доме иеромо­наха! Иезекииля. Но осуществление этого желания встретило пре­пятствие! со стороны русской церковной власти .|

Вследствие моей просьбы пред Высшим Церковным Упра­влением Константинополя о разрешении открыть в приготов­ленном! помещении на Татовне Пастырско-Богословского учили­ще по уставу! выработанному Всероссийским поместным Собо­ром, возникла переписка между Высшим Церковным Управле­нием, епископским Сове|том и управляющим Константинополь­скими Общинами архиепископом! Анастасием. В ответ на мою просьбу епископский Совет от| 16/29 августа 1921 года и Высшее Церковное Управление от 10 ок|тября того же года сообщили, что не находят целесообразным!

Л. 5 об. открытия Пастырско-Богословского училища, т. к. епископский! Совет намерен открыть богословские курсы на сред­ства,! присланные митрополитом Платоном. После такого ответа я| вынужден был предоставить помещение светским организациям американским и русским под знаменем Всероссий|ского Св. Вла­димирского Братства; десять комнат предоставлено! было амери­канскому о-ву спасения русских детей, а часть —| Союзу Городов. Богословские курсы кратковременные были откры|ты при епис­копском Совете на несколько месяцев, а затем! закрылись.!

Вместо просветительной части Братству пришлось сосредо­точить свою деятельность на хозяйственных предприятиях.! В этой области пришлось встретиться со спекулянтами раз|ных видов, которые нарушали правильное течение жизни.|

Вообще деятельность Братства не нашла сочувствия в| цер­ковной области; число деятелей сокращалось: так, священник! А. Мишин, член совета Братства, отозван был архиепископом Ана|ста- сием на должность эконома при богословских курсах; священ­ник М. Васильев отозван на должность благочинного. Последний должен был по условию со мною вместо меня преподавать! Закон Божий в американском приюте для русских детей и| пользовался дорогим помещением в Братстве все время и по| переходе на службу к архиепископу Анастасию.!

Я возбудил ходатайство пред архиепископом Анаста|сием χιν приписать Братство к Николаевской церкви в Харбие,| где я по просьбе прихожан всегда служил. Эта просьба не была| уважена.| Вообще просветительная деятельность Братства не нашла| поддержки у представителей церкви русской. Все внимание со­средоточено было на управлении. Созданы были громоздкие уч­реждения вроде Высшего Церковного Управления, епископско­го Совета,! пресвитерского Совета и проч., тогда как разрешена была толь|ко эпитропия. Детям русским по школам некому было преподавать Закон Божий. Я преподавал его в нескольких шко­лах,! потому что все священники заняты были по учреждениям административным.!

Л 6. Русских детей отдавали в католические кол|леджи.|

Такой характер деятельности русского духовенства! вызвал большое неудовольствие со стороны греческой Патри|архии. Она усмотрела в деятельности русского духовного суда| при Высшем Церковном Управлении нарушение принципа единства церков­ной юрисдикции. Вследствие чего все разводы, совершенные рус­ским духовным судом, признаны неправильными и| подлежащи­ми аннулированию. Кроме того, в Патриархии учреждения! Выс­шего Церковного Управления понято было, как стремление! к сепаратизму, и потому поднят был вопрос о предании! некото­рых епископов схизме (Последние Новости. N° 265. От 2| марта 1921 года). По всем данным в патриархии накапливалось! неудо­вольствие против тактики представителей Русской церкви,! что выразилось в последствии во всей силе с осложнением! других мотивов.I

УЧРЕЖДЕНИЕ ПРИХОДОВ

Одновременно с открытием действий Братства в Констан­тинополе началось дело об устроении здесь Приходов! русских. Достойно примечания то обстоятельство, что устроение| жизни приходской взял на себя Союз Еородов, потому что| власть цер­ковная в этом отношении бездействовала, о чем| приходилось читать на страницах «Нового времени» (№ 37. От 8 июля 1921 г.). Союз Городов! открыл в разных местах в 19 общежитиях прихо­ды помимо| Высшего Церковного Управления, которое очевидно не сочувствовало этому делу. Эти приходы постепенно закрыва­лись, потому что| устроены были неумело.|

Когда стало известно в 1921 году, что совет послов| в Пари­же все имущество церквей при посольствах передало в| ведение духовенства, и когда стали открываться приходы при посоль­ствах в Европе, то при Николаевской церкви в Харбие| образова­лась группа лиц, взявших на себя инициативу устроить! приход при этой церкви. Зная, что я работал в печати и на практике в этой области, эта группа обратилась ко мне с прось|бой возгла­вить ее в качестве председателя. Я согласился и началась по это­му поводу переписка, которая отняла много времени)

Л. 6 об. и сил в ущерб делу. Архиепископ не разрешил от­крывать здесь приход по своим соображениям. В январе 1921 г.| я вошел с докладною запискою в Высшее Церковное Управление,! в которой выяснил необходимость прихода при этой церкви.| Указал, между прочим, на то, что в настоящее переходное вре|- мя необходимо установить надлежащее заведывание русскою цер|ковью и имуществом ее, каковое заведывание по существу­ющему) соборному определению должно принадлежать приходу, как законному собственнику; без этого заведывания в данное вре|мя интересы русские могут пострадать. Указал на то, что Нико­лаевская Церковь является единственной приходской русской| в Константинополе, устроенной на русские деньги ГОСУДАРЯ| ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА II, на русские деньги и многих русских| по подписке, а по управлению носит характер домовой, приписной к посольской церкви, по сему существование ее мо­жет) зависеть от усмотрения состава комитета и от всяких поли­тических течений, как показал опыт с домовыми церква|ми в России и т. д. Мой доклад не был принят во внимание.! Архи­епископ объявил, что церковь Николая ие может быть| приходс­кой, она домовая, а интересы верующих обслуживаются! попечи­тельством, открытым при Посольстве из лиц по назначению. С этими мотивами инициативно-комиссионная группа!не согласи­лась. Она настойчиво требовала открытия прихода,! потому что эта церковь не домовая и содержится за счет| прихожан, пособия от посольства не получает, а расходует! церковные деньги по своему усмотрению. Архиепископ согласи|лся открыть приход, но с тем, что он будет председате|лем приходского совета, ибо он настоятель церкви. Кроме то|го, по его словам, препятствова­ло открытию прихода посольство.! Комиссия не согласилась с этим, потому что настоятелем! официально был назначен прото­иерей Воронов. В виду такого раЗногласия комиссия предупреди­ла архиепископа, что она обратиться за разъяснением в патриар­хию. Я обратился при свидании! к представителю русской миссии г-ну Нератову с вопросом,! почему он не желает открытия при­хода при Николаевской церкви.|

Л. 7. Он ответил, что не желает этого архиепископ Ана|ста- сий. Я предупредил его, что комиссия намерена просить ра|зре- шения у патриарха. Г-н Нератов ответил: «Для посольства! это неудобно». Комиссия действительно обратилась к местоблюсти­телю митрополиту Николаю, и патриархия… дала| благословение начать доброе дело. 4-го/17-го апреля 1921) года в спешном по­рядке, в виду приближения Пасхальных праздников, было из­брание членов приходского Совета. Председателем Совета был единогласно избран я. На другой день ар|хиепископ Анастасий служил в этой церкви литургию и моле|бен, сказал слово, в котором выразил свою радость, что| так скоро осуществилось желание прихожан.|

По просьбе прихожан я служил в Харбисвской церк|ви каж­дое воскресенье и в праздники, принимал участие в де|лах приход­ских. Все шло нормальным порядком к утешению! всех верующих.|

Но вскоре началось от посольства стремление! к прежним порядкам В посольских сферах стали доказывать,! что прихода при Николаевской церкви нельзя открывать, потому! что патри­архия будет распоряжаться имуществом церковным.! Члены епис­копского Совета О. Руденко и г-н Никаноров от| имени архи­епископа Анастасия стали доказывать, что епископу| неудобно быть заурядным членом приходского Совета. Он мо|жет быть по­четным членом По этому вопросу собирался Совет] под председа­тельством О. Руденко, хотя председателем дол|жен был быть на­стоятель прот. Воронов, и эта мысль проводилась на Совете.|

На епископском Совете между тем возбуждено было| дело о вторжении моем в приход, что повело якобы к неудовольствию среди прихожан. В Высшем Церковном Управлении! по отбытии митрополита Платона должен был заседать я, о| чем я был пре­дупрежден. Но вместо меня был вызван для| заседания епископ Серафим. На одном из заседаний устано|влено было, что в Хар- биевской церкви и приходе происходят! беспорядки вследствие моего вмешательства в приходские дела,| и что это вмешательство противоречит каким-то правилам.!

Л. 7 об. Епископ Вениамин официальным письмом от 3-го мая 1921 года| вызвал меня в посольство для выслушивания по­становления,! касающегося меня. Я не счел нужным являться, а попросил! его к себе. Епископ Вениамин явился в назначенный день| и час и объявил, что Высшее Церковное Управление вос- пре|щает мне служить в Харбиевской церкви. Я просил его письменно это сообщить. Но эта просьба не была исполнена На богослужение стал нередко приезжать сам епископ Вениамин.| По просьбе прихожан я продолжал служить. Затем, я получил| копию протокола Высшего Церковного управления за № 22 от| 8-го апреля 1921 года, где сказано было, что председателем! при­ходского Совета, согласно приходскому уставу и положению! об устройстве посолськой церкви, является настоятель оных| архи­епископ Анастасий. В пункте 5-м я назначен был почет|ным чле­ном Совета, а в пункте 6-м мое обращение к пат|риархии назва­но канонически неправильным. Почетным чле|ном я отказался быть, потому что такого звания по нормальному уставу не пола­гается, и оно противно духу нового строя| церковной жизни. После этого я стал уклоняться от Богослу|жений в Харбиевской церкви и перестал участвовать в приходском! Совете. Это вызвало боль­шое неудовольствие прихожан.|

За отъездом архипескопа Анастасия по делам в| Палестину его полномочия по приходским делам исполнял! архиепископ Полтавский Феофан. За отъездом последнего! в Сербию его пол­номочия выполнял, как правящий епископ| Вениамин. За огьез- дом архиепископа Вениамина в Сербию! управляли всеми делами прот. Руденко и г-н Никаноров.|

На 18/31 июля 1921 года назначено было общее соб|рание прихожан для выбора новых членов Совета. Прихожане| просили меня обязательно быть в церкви и благословить заседание. Пред­седательствовал опять не настоятель о. Воронов,! а о. Руденко. После литургии я вышел на солею благословить! верующих и сказать несколько слов. После молитвы «Царю Не|бесный» о. Руденко без благословения открыл заседание,!а на солее поставлен был сто­лик и за ним уже сидел| без приглашения и выбора г-н Никано­ров в качестве секретаря и подсчетчика голосов.|

Л. 8. О. Руденко прочел протокол № 22,| подчеркнув место, где сказано, что мои действия признаны неканоническими. Все время заседания он вел себя дерзко и вызыва|юще. Я счел более удобным удалиться чрез Алтарь. Но староста! д-р Серов, заметив это, удержал меня и просил остаться до| конца, потому что без меня могло окончиться дело скандалом.! Я остался до конца, благословил прихожан и сказал слово о| мире и любви. На этом заседании большая часть прихожан ушла| из церкви. Таким обра­зом приход раскололся. А о. Руденко| действовал по указию по­славших его. Хотя он и получил! от Высшего Церковного Управ­ления за свое поведение на выбо|рах выговор, но архиепископ Анастасий был представлен| к высшей награде, в чем ему было отказано.|

Достойным сотрудником о. Руденко был г-н Никано|ров, не имевший нигде места и пристроившийся в духовном ведом­стве в качестве инструктора приходских организаций. Он| полу­чил даровую квартиру в ограде Николаевской церкви. Он,| как потом оказалось, имел сношения с большевиками. Посему| по­становление окружного Совета монархических объединений в| Турции 26-го июня 1923 года Г.В. Никанорова за вредную для монархических работ деятельность и связь с агентом советской власти исключен был из состава Совета. Постановлением Выс­шего Монархического Совета от 7/20 января 1924 года он| ис­ключен был на том же основании из числа членов монархичес­кого объединения (Выс. Мон. Сов. № 115 от 4/17 февраля 1924).| Этому господину разрешено было читать публичную лекцию на| тему: «Исторические пути к устроению Русской Земли».|

Необузданное поведение о. Руденко имело свои осно|вания и свои последствия- Основанием служило постановление! подготови­тельной комиссии к созыву заграничного церковного! собрания во главе с епископом Вениамином. Этой комиссией учрежден был пресвитерский Совет, которому предоставлены бы[ли большие полномочия. Невоспитанные лица духовного звания, подобно о. Руденко, стали держать себя независимо, а о. Руденко — безоб­разно. Постановление комиссии о пресвитерианском Совете |

Л. 8 об. отразилось, по словам одного архиерея, и в Болгар­ской церкви, где| стали пресвитеры дерзко относиться к еписко­пам. Обо всем| этом было лично доложено в архиепископском Синоде с просьбой| аннулировать постановление Высшего Цер­ковного Управления в| Константинополе о неканонических моих поступках. Просьба! была уважена.|

Деятельность упомянутых лиц по приходскому устро|ению продлилась недолго. И о. Руденко и г-н Никаноров уехали| из Константинополя в другие страны. Затем явились болыпеви|ки, захватили посольство, церковь посольскую, а затем, церковь! Николаевскую. Тогда архиепископ Анастасий и г-н Нератов ста|- ли доказывать большевистским представителям, что Николаевс­кая! церковь приходская. Но им не поверили, ибо она была при­писная! к посольской церкви и настоятелем ее был архиепископ

Анастасий. Последний также должен был уехать из Константи- нополя,| ибо патриархия ополчилась против него. К этому присо­единилось! движение большевиков Все это с точки зрения буду­щего строи|тельства России — явление печальное.!

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПОДГОТОВИТЕЛЬНОЙ КОМИССИИ К СОЗЫВУ РУССКОГО ЦЕРКОВНОГО СОБРАНИЯ

Константинопольский период эмиграции ознаменовался одним большим событием, о котором не следует забывать-! Я разумею деяния подготовительной комиссии по созыву Русско­го! церковного собрания. Это дело взял на себя епископ Севас­топольский Вениамин. Дело великое и достойное нашего рас­смотрения! беспристрастного, ибо всякое дело, предпринимаемое в дни эмиграции надо рассматривать не иначе, как с точки зрения спасе|ния России и Церкви Православной Русской.|

Прежде всего, рассмотрим состав комиссии !

По постановлению группы лиц, разрабатывавшей про|грам- му заседаний собрания, во главе с епископом Вениамином за| № 5 от 23 февраля, 10 марта 1921 года, в этом собрании дол|жны были принять участие с правами решающего голоса: Атаманы казачь|их войск, Главы правительств казачьих областей, выбор­ные от| штабов, вышедших с Родной земли, Крыма, Русской Армии, выборные! представители от русских общественных и полу- правительствен|ных организаций и установлений, как то: Обще- змельный Союз,)

Л. 9. Красный Крест, общегородской Союз и пр. Кроме сего, постановлено просить в качестве почетного гостя предста­вителя турецкой власти, и обходить молчанием о тех еписко|пах Русской Церкви, которые находились в беженстве в Константи­нополе и не сложили свои полномочия по своим епар|хиям в России. Из этого протокола явствует, что комиссия) встала на ложный путь в начале своей работы. Это постановление встрети­ло протест со стороны некоторых верующих, мо|гущих разби­раться в церковных вопросах. Протест выра|зился в таком виде: 1. Приглашение с правом решающего го|лоса на церковном собра­нии и соборы лиц не от приходов! мирян и не от иерархов (кли­ра) православные церковные! каноны не знают; 2. Одна из основ православной церкви — собор|ность равных во Христе членов церкви; церковь не знает| привилегированных членов собраний церковных по должностям гражданских, политических или во­енных установлений,! как атаманы и главы правительств казачь­их войск и областей; 3. Церковь Христова вечна и не может допустить в ре|шении своих вопросов лиц от преходящих граж­данских! или военных установлений, как Красный Крест или обще-зем|ский Союз; 4. Церковь наша православная, и на ее со­браниях! не могут участвовать и решать вопросы лица, выбран­ные не| только православными, но иноверцами и инославными, как-то| атаманы казачьих войск и выборные вышеупомянутые организации; 5. Комиссия приглашает высокопоставленных гражданских и военных лиц с правами решать церковные вопро­сы! не по их принадлежности к церкви, а по их высокой граж­данской или военной должности. Такой состав церковного со­брания назван был бюрократическим, противоречащим духу ус­троения! церковного. Неизвестно, как разрешился этот протест формально, но на деле видно было, что точка зрения составите­лей! программы не изменилась, по крайней мере, это видно из того,| что пребывающего в Царьграде правящего епископа, пи­шущего! сии строки, не пригласили. И только после коллектив­ного зая|вления энергичных лиц, сделанного председателю еп. Вениамину]

Л. 9 об. спустя более недели после начала заседания 17/30 июня| 1921 года, прислано было приглашение по адресу: «Почет­ному! гостю Константинопольского Русского Церковного собра­ния! епископу Дамиану». По этому приглашению я не мог при­сутствовать в церковном собрании, но по усиленной просьбе| членов, во избежании соблазна, я начал участвовать, высказы­вать свое мнение по вопросам дня; мой голос принимали! во внимание, но ни в одном протоколе не записан.!

Итак, начало церковному собранию положено было нека­ноническое. В таком духе и продолжались занятия собрания.!

Чтобы быть беспристрастным, буду держагьсд декларации собрания, отпечатанной в брошюре. Здесь сказано, что| собрание организовано с целью объединения, урегулирования! и оживле­ния церковной деятельности.!

Собранием ни одна задача не выполнена.!

Объединения православных русских людей в ЦарьграЗе нет: оно должно начаться с низов, с объединения! личностей. Подго­товительная комиссия предположила объединение Вселенское, говорит о сотнях тысячах русских бежен|цев в Париже, а о тех, которые в Царьграде, некому 6ыло| позаботиться. Союз городов взялся устроить приходы в раз|ных концах города; устроены они были, разумеется, по их| взгляду, а не церковному. Представите­ли духовенства организовали Высшее Церковное Управление, юрисдикция его санкционирована! им же; им же она и расшире­на судебными функциями, что| вызвпо неудовольствие со сто­роны патриархии. Здесь организовалось как бы Выс. Цер. Управ­ление. Здесь был представитель русской церкви, как бы епархи­альный. Ему даны были полномочия Выс Церк. Управлением. Председатель арх. Анастасий, уез|жая, передал свои полномочия другому архиепископу Феофа|ну, а этот, уезжая, передач пол­номочия викарному еп. Вениамину, который являлся полноп­равным. Еп. Вениамин, уезжая, передал свои полномочия двум проиереям, о. Руденко и Колче|ву. Таким образом, нет ни Выс­шего Церковного Управления, ни епархи|ального архиерея, нет никакого центра; есть, очевидно,!

Л. 10. только пресвитерский Совет, которому собрание предостави|ло большие полномочия вплоть до суда над еписко­пами, что| и делалось. За столько времени пребывания беженцев не суме|ли организовать центр Было пятнадцать епископов, и они не| были использованы, хотя это и входило в задачи Выс. Цер. Управления ! Все развеялись, а один, оставшийся, занялся посторонними де|лами.|

Урегулирования дел не было, потому что не было еди|ного центра, не было никаких организаций: ни просветитель|ских, ни благотворительных; дети оставались без Закона Бо|жьего и без приюта. Их отдавали в католические колледжи.!

Оживление церковной деятельности так же не проявилось. Оно могло проявиться только при существовании правиль|но организованных приходов. После Союза Городов взялись| за это дело лица, которые способны были только портить дело церков­ное и вносить расстройство в жизнь. На бумаге существо|вал и Союз приходов. На самом деле их нет, как и самих| устроителей. Эти лица будут претендовать и в пределах Рос|сии на роль инст­рукторов Да избавит нас Господь оттако|вых.|

ПРИХОДСКАЯ ЖИЗНЬ В ГРЕЦИИ

В Константинополе в самом центре церковно-обществен|но- го устройства, нам надо было поучиться оживлению церковной| деятельности. Здесь в наилучшем виде сохранились церковные традиции от великого устроителя христианской! жизни Св. Иоан­на Златоуста. Здесь в полной мере сохраняются! соборные начала, которые и оживляют церковность. Пишущий сии| строки полу­чал большое утешение и полное удовлетворение религиозное, совершая Богослужения в какой-либо греческой цер|кви Кон­стантинополя. Храм при богослужении переполнен моля|щимися мужчинами, женщинами и детьми, которые стояли всегда впе|- реди, у иконостаса. После лигургии все молящиеся без пригла­шения приходили в школу, без различия звания и состояния. Здесь| священник, учитель, или кто-либо другой вел беседы, происходил обмен мнениями, и верующие знакомились с тече­нием цер|ковно-приходской жизни. Нам русским надо было по­учиться у греков церковности.!

Л. 10об. У них с детства воспитывается на|клонность к цер­ковности; дети во время своих игр поют| не песни светские, а слышишь только: «Kiria Eleison»! или простое, или сугубое. Мыв России, по выражению одного! историка (Завитневича: «Уморили соборное начало и тем атрофировали самый источник жизни»). По бюрократической при|вычке в Константинополе при посольстве учредили попечительство из чиновников его. Это для оживления церковной! деятельности. Подготовительная комиссия посягнула исправить! идею соборности св. термином иерархичность. На самом деле] сорность явилась пресвитерская, потому что был учрежден пре|свитерский совет. Это извращение соборности, что привел о к| дурным последствиям. Мы оживили бы свою деятельность, ес)ли бы сумели отрешиться от бюрократических привычек, подбив­ших нашу церковную жизнь, и последовали бы примеру гре|ков. Этого мы не сделали по своей косности Мы расположились! в Константинополе со своими административными аппаратами! точ­но на своей Родине в блаженно-безмятежное время, когда| мы опекались разными присутственными местами бюрократического характера со всякими предписаниями и канцелярским! делопроиз­водством. С другой стороны оживилась бы картина| жизни Ближ­него Востока, если бы мы русские сумели показать! свои ценнос­ти, выработанные исторически, разумеем, церков|ность литурги­ческую. Нигде эта сторона так не разработана,| как у нас в России. Нас Бог послал сюда, чтобы мы вы|явили пред всеми эту сторону во всей красе, а не устраивали| по-прежнему старые порядки уп­равления коллегиального. Мы| не показали своих ценностей и не использовали своих сил,| которые в избытке Провидением собра­ны были в Царыраде.| Мы имели полную возможность показать всю красоту литурги|йной церковности, ибо здесь сосредоточи­лись все лучшие си|лы, было много епископов, клириков, духов­ных композиторов, искусных певцов и лиц всякого служения. Здесь мо|жно было бы образовать второе Московское Синодаль­ное учи|лище и завести постоянное Богослужение по чину рус­ской церкви во всей красоте,|

Л. II. чем греки очень заинтересованы. Все| эти силы не были использованы и распылились потом по всем| странам, а оставшиеся занялись несоответствующим трудом.| Мы упустили такой важный момент жизни Ближнего Востока, как| отпевание всеми чтимого местоблюстителя патриаршего престо|ла митропо­лита Дорофея. В этом отпевании приняли участие| представители англиканской церкви, присутствовали иредстави|тели иноверцев. Отпевание по церковной обстановке соверши|лось при громад­ном стечении народа всех национальностей,! но при чрезвычайно бедной богослужебной обстановке. Если бы| при этой бездушной формальной обстановке могучим русским! хором в двести, триста душ, пропели хотя бы «Со Святыми! упокой», какой бы это был великий момент величия русской! церковности. Но не суждено было на этот раз показать кра|соту Господню в Богослужебном русском чине. Силы постепен|но распылялись, и не было воз­можности надлежащим образом! совершить архиерейскую службу. Но и оставшиеся слабые силы| производили большое впечатление на православных и инослав|ных. Греки предупредительно предос­тавляли свой храм для| русского духовенства, хотя удовлетворять это желание не все|гда было возможно, потому что требовалось разрешение не пат|риархии, а епископского совета. Здесь функ­ционировала епархи|альная русская власть, воспрещавшая слу­жить в греческих! храмах.| Бюрократизм церковный не оставил нас и в бе|женстве, что с точки зрения будущего строительства России! весьма печально. Между тем условия жизни круто изме­нились-! Мы никогда не предполагали отделения церкви от го- сударсфа. Это противоречило нашему мировоззрению. Но факт совершился, и мы теперь должны действовать, сообразуясь с совершившимся фактом. Церковная власть, тем более, ι раждан- ская, не бу|дет нас опекать. Мы сами теперь должны объединять­ся в созидательной работе вокруг патриархального престола рус­ского.! Церковная власть в состоянии будет только направлять нас| к самостоятельности. Этой самодеятельности мы не видим|

Л. 11 об. В Константинополе.!

ОТДЕЛЕНИЕ ЦЕРКВИ ОТ ГОСУДАРСТВА

Факт отделения Церкви от государства требует укрепления авторитета представителей Церкви, ибо этот авторитет! остается без всякой видимой поддержки. В этом отношении! подготови­тельной комиссией допущено неканоническое поста|повление об учреждении пресвитерского Совета с широким! кругом деятель­ности, с большими полномочиями, допущены при] этом к дея­тельности лица без всяких данных к строительству церковному.!

Факт отделения Церкви от государства направляет!все наши силы к организованной благотворительности. В Константинополе ничего решительно для этого не сделано. Жили| без всяких средств епископы, священники, дьяконы, и о них| некому было позабо­титься. А приток средств был большой-! Несмотря на широкое поле деятельности, епископы были без| всякого дела Духовным лицам буквально не было места, где| главу приклонить. На под­ворьях Афонских их не принимали.! В этом отношении надо было поучиться у католиков, которые! устраивали общежития для рус­ских студентов.!

Факт отделения Церкви от государства повел к отделению школы от Церкви, в России по декрету, а в Констан|тинополе по отсутствию правильно организованного центрального управ­ления. Церковное Управление, Епископский Совет, Пресвитер­ский Совет заняты были канцелярской работой по управлению, а детям русским преподавали Закон Божий ксендзы. Без| духов­ною призрения оставались госпиталя, родильные дома, при|юты и проч. Никто из русского духовенства не посещал их,| а ксендзы посещали ежедневно. Пишущему сии строки приходилось! по просьбе верующих посещать и приюты для детей, и преподавать Закон Божий по два раза в неделю в приюте «Американские! друзья — русским детям», в приюте при Николаевской Церкви, а| также посещать родильные дома и больницы.!

Вместо культурно-просветительной работы, русские взя|- лись за устроение административных учреждений, в которых| ре­шительно не было никакой нужды, и что вовсе не вытекало из| идеи возрождения России. Если кто захотел бы сделать доброе |

Л. Ί2. дело, для сего требовалось разрешение этих учрежде­ний. Заводилась длинная переписка о каноничности предприятия (открытие! пастырско-богословского училиша, Братства, прихода). Тем временем католичество забирало в свое ведение всю деятель­ность! на поприще культурно-просветительном и благотворитель­ном;! без всяких разрешений и справок открывало курсы, учебные! заведения, приюты и проч. У нас все делали не призванные уст­роители (О. Руденко, Колчев, Никаноров и др.) не для Рос|сии, а для себя (Богословские курсы, Псаломщекские курсы).|

Итак, Константинопольский период нашего беженства! ни­чем хорошим не ознаменовался и не дал никакого опыта! для деятельности в будущей России, если суждено будет возродить­ся ей, а нам вернуться. Поле деятельности для русской Цер|кви постепенно суживалось, и жизнь здесь, наконец, приостанови|- лась с большими осложнениями, запрещениями священнослу- жения| патриархом архиепископу Анастасию (смотри «Вечернее время»|. № 35, 1921 года). Во время деятельности подготовитель­ной ко|миссии архиепископ Анастасий отсутствовал. Он выехал с| протоиереем Ломако в Палестину, по делам церковным. Резуль­таты поездки ни в печати, ни в докладах Сербского Собора| не оглашены.|

Так в Константинополе ничего нельзя было де|лать на по­прище религиозно-просветительном, то свои мысли я| стал на­правлять к Славянским землям. В виду этого я на|чал переписку с иерархами Болгарской Церкви о том, нельзя! ли открыть пас­тырско-богословское училище в Болгарии; именно! на Шипке в русском памятнике борцам за православие на Во|стоке, где поло­жено много жизней и затрачены колоссальные средства русским народом, где сооружен величественный храм, грандиозное зда­ние для духовного учебного заведения со всяким| оборудовани­ем, с миссионерскими и просветительными задачами-! Я пере­ехал в Болгарию. Заведывание открытыми учреждениями на| Та- тавии я поручил комиссии из трех лиц: прот. Михаилу Василье­ву, эконому Д.Г. Обижаеву, и секретарю Н.К. Забелину. Одея- тель|ности их будет сказано ниже.|

Л. 12об. ПЕРИОД В БОЛГАРИИ

В ноябре 1921 года я был на Соборе в Сербии; на обратном| пути остановился в Болгарии и говорил по этому делу с члена­ми Синода. Все отнеслись к этому вопросу с участием и| обещали содействие мне. В феврале 1922 года специально по| этому делу я прибыл в Софию. Из переговоров с членами Си|нода выясни­лось, что на Шипке нельзя открыть училище, так как| здание на Шипке использовано Болгарским правительством для| инвали­дов и сиропиталища. Впредь до выяснения вопроса об| открытии училища Синод предложил мне место делегата его| в Ставропи- гиальном монастыре Бачковском. Это предложение! я принял и отправился сюда, чтобы сначала посмотреть, а также| посмотре гь соседние монастыри. В монастырь дано было знать о| моем приез­де, и меня встретили у ворот монастыря братья, все| учащие и учащиеся Священнического училища 22/8 февраля 1922 г.| В Цер­кви совершен был краткий молебен и сказана была речь| в ответ на приветствие игумена архимандрита Панарета. При|нят был я радушно всеми.|

19 февраля был я в Пловдиве и служил панихиду в| Собор­ном храме в годовщину освобождения Болгарии от Турец|кого ига по всем воинам, павшим на поле брани, а затем молебен |

20 февраля вдень торжества православия служил! я в Собо­ре вместе с митрополитом Максимом и сказал речь| о Болгарии, как центре православия на Ближнем Востоке. Речь| всем болгарам понравилась, была переведена на болгарский! язык и отпечатана в № 3 «Церковный Вестник» за 16 марта| 1922 года.|

В Пловдиве посетил семинарию, где встретил меня радуш­но ректор архимандрит Евфимий, воспитанники русской духов|- ной школы Киевской Академии, со всей корпорацией семина­рии! и гимназии.! февраля прибыл в Софию, чтобы заявить о согла|сии принять должность делегата и получить указ. В указе ска|зано, что епископ Дамиан назначается делегатом Синода в| Банковс­кий монастырь для духовного руководства братией, учили|щем и поломниками. С этим указом я вторично прибыл в|

Л. 13. Банковский монастырь 27 февраля 1922 года.|

ПРЕБЫВАНИЕ В БАНКОВСКОМ МОНАСТЫРЕ

В Бачковском монастыре, в продолжении пяти меся|цев ни­чего не предпринимал я в качестве делегата, потому| что это назначение монастырскому местному начальству — монастырс­кому и училищному не нравилось, ограничивался неопусти|тель- ным хождением в церковь монастрскую и училищную.| В после­дней по вечерам всегда говорил братии поучения,| который пере­водил на болгарский язык архимандрит Бинтор.|

О ОТВЕТСТВ. УЧРЕЖДЕНИЯ БРАТСТВА НАТАТАВЛЕ

Пред отъездом в Болгарию я сделал распоряжение! 2/15 фев­раля 1922 года об управлении открытыми учреждениями на Та- тавле. Поручил Комиссии из председа|теля прот. М. Васильева, казначея Д.Н. Савченко, эконо|ма Д.Т. Обожаева и секретаря Н.В. Забелина. По обстоятельствам! от меня независящим, я не мог возвратиться в назначенное! время в Константинополь, зат­руднения представились на грани|це. Я остался в Бачковском мо­настыре и ждал сведений о хо!де дела на Татавле. Комиссия в мое отсутствие не пожелала| выполнить своих полномочий, отчета никакого не представляла,!что требовалось ежемесячно, а требо­вала с меня деньги на| покрытие расходов по прачешной. Казна­чей Савченко-Боженко! вынужден был подать мне формальное заявление от 3/16 мар|та о том, что Комиссия не пожелала сдать в кассу деньги! и Дать сведения для отчета, а потому считает необходимым! сложить с себя всякую ответст венность и просить освободить! от обязанностей казначея. Все казначейские и бухгал­терские кни|ги он сдал Комиссии. Секретарь Забелин письмом от П/25| марта уведомил о больших неудовольствиях служащих, кото|рые не получают жалования, требуют аванса, иначе неудо- воль|ствие дойдет до больших размеров; пишет, что архимандрит Анастасий,! как почетный председатель, операющийся на епис­копский Совет| и на основании устава о каноническом подчине­нии, принимает участие в делах Братства. Смысл письма тот, что я| должен выслать деньги, а об отчете не считает долгом ни|чего сказать; неизвестно куда шли поступления по работам |

Л. 13 об. прачешной. Я писал об этом архиепископу Анаста­сию, ответа| не получил. Лично просил на Соборе о понуждении членов! Комиссии дать мне отчет — результатов никаких. По имеющимся сведениям братское и мое имущество расхищалось без]застенчиво.|

ХОДАТАЙСТВО О ПРЕДОСТАВЛЕНИИ МОНАСТЫРЯ В УПРАВЛЕНИЕ

В январе 1922 года я возбудил ходатайство пред| Св. Болгар­ским Синодом о предоставлении мне монастыря какого|-либо в замен монастыря на Шипке, для открытия в нем| Пастырско- Богословского училища. По обстоятельствам пережи|ваемого вре­мени Синод не мог удовлетворить моей прось|бы. В июне я снова возбудил такое же ходатайство и указал| все основания для удов­летворения этого ходатайства. Указано| было на то, что пастырс­кое училище в центре славянства может) сыграть великую роль в смысле воспитания молодых) людей, в традициях славянских, в духе единения и закрепления связи славянских народов, чго входило в план ду|ховно просветительного дела Русской Церк­ви, воспитавшей в| своих учебных заведениях многих духовных лиц славян|ских народностей, и чего так повелительно требуют современные международные условия жизни; что русское учи- ли|ще, если оно откроется в болгарском монастыре будет верт­ким памятником участливого братского отношения болгарских иерархов и народа к русскому народу, потерявшему ты|сячи пас­тырей в злосчастное время и не имеющему возможно|сти попол­нить недостаток их по закрытию духовных учеб|ных заведений в России..|

На это ходатайство Болгарский Синод позволил осмотреть монастыри Софийской митрополии и выбрать наиболее подхо­дящий для моей цели. Я осмотрел и выбрал Драгелевский| в пяти километрах от Софии. Но переписка затянулась на| месяц и ока­залось, что ремонтировать и приспособить мона|стырь к потреб­ностям училища нельзя было успеть. Тогда| я просил Синод усту­пить монастырь Св. Кирика Пловдивской| митрополии, в кото­ром больше помещений и не так много ремонта.|

Л. 14. Синод предоставил монастырь для училища, но с| тем, чтобы в управлении монастырем был эконом от Сино|да. Я не согласился на двоевластие в монастыре и просил дать| его на пол­ное управление на правах настоятеля. Синод) уступил и 24 июля 1922 года состоялось определение о назначении меня настоятелем с пожеланием успеха в управлении! монастырем и училищем.|

ПРИБЫТИЕ В МОНАСТЫРЬ СВ. КИРИКА

Так как я спешил прибыть в монастырь Св. Кирика| к храмо­вому празднику 15-го июля 1922 года, а формальный указ| не успели изготовить, то взял у председателя Синода митро|полита Пловдивского Максима письмо игумену монастыря о передаче его мне. С этой бумагой я прибыл в монастырь накануне| праздни­ка. Игумен иеромонах Никита, прочитав это письмо,| сказал: «Для меня это предложение не обязательно, а Вас| считаю своим гос­тем». После праздника я выехал в Софию,| чтобы получить фор­мальную бумагу. Получив таковую, я с| финансовым инспектором г-ном Стойчевым отправился для| приема монастыря. Игумен ка­тегорически заявил, что он мо|настыря не сдаст, в чем составлен был протокол. Эконом| заявил, что он не сдаст хозяйства, потому что в бумаге об| этом ничего не сказано, а он непосредственно зависит от] Синода. Появились сторонники игумена и эконома среди мирян,I которым игумен внушил мысль, что передача монастыря русскому архиерею ведет к передаче его грекам. Во главе сторон­ников игумена был некто пожарный Филипп Рыжков, который имел в монастыре даровую квартиру. Он в монастыре ко|мандовал. Русским певчим запретил петь на клиросе под| угрозами ареста. Он привлек на свою сторону кмета соседней| деревни Лясково. После­дний явился в монастырь с 14-ю вооруженными стражниками и предложил мне оставить монастырь. Я убе]дил его, что у меня нет национальных устремлений и мотивов,| что я сторонник идеи еди­нения славян, ничего общего не| имею с греками и всегда был дружелюбен к болгарам. В подтверждение этого я указал на совер­шение мною Божественной! литургии в Пловдивском соборе в день торжества православия!

Л. 14 об. и передал ему содержание моей проповеди, отпеча­танной на| болгарском языке в «Церковном вестнике», которую он тут| же прочитал. Убеждения на кмета подействовали, и он отпу]стил стражников. На другой день кмет явился ко мне с| кро- тарем выразить свои благожелания. Визит кончился обе[дом с произнесением речей. Но Рыжков продолжал бунто|вать народ. 27 июля/9 августа он явился в монастырь с 9-ю се|лянами с болгар­ским национальным флагом. Ударял в| набат и кричал: «Монас­тырь болгарский». Водрузили на| балкон флаг и почти всю ночь пили ракию и кричали. В| компании их принимали участие игу­мен и эконом. На другой! день утром явился ко мне запасный под офицер Борис| Ножаров и предложил оставить монастырь. Этому я также| уяснил суть дела, и он успокоился. Чтобы оградить себя| от дальнейших неприятностей, я снова должен был отправиться в Софию и просить Синод распорядиться о высылке| из монас­тыря иеромонаха Никитуц, что и было сделано. После| удаления его все успокоилось.|

НАЦИОНАЛЬНАЯ ВРАЖДА ГРЕКОВ И БОЛГАР

Но национальная обостренность между греками и| болгара­ми давала о себе знать. Греки были весьма довольны| назначени­ем русского архиерея. Они стали посещать монастырь, который был раньше греческим, и получали молитвен|ное утешение. Они отрицательно относились к болгарской ие|рархии. Они признают таинства, совершенными схизматиками не/действительными и избегают пользоваться услугами болгарских священников. Вслед­ствие этого у них много детей не| крещенных, много покойни­ков не отпетых, что их очень сму|щает и заставляет призадумать­ся. Женщины доходят до| нервного расстройства. Греки обраща­лись неоднократно к| моей помощи. Я обещал им окрестить детей и отпеть умер|ших, если будет разрешение от митрополита. Но этого разрешения они не получили. Они не имели утешения слышать| Богослужения на своем родном языке. Здесь не дозволя­лось! даже петь: «Исполла эти деспота». Такая обособленность на|циональная на Ближнем Востоке наводит на печальные раз­мышления!

Л. 15. Тогда как на мировой арене, особенно в последнее движение пле|мен и народов, католическая церковь осуществля­ет идеал: «несть иудей, ни эллин — вси бовы едно есто во Хри­сте Иесу|се» (глав. III —23), греки и болгары усиливают нацио­нальный антагонизм, доходящий до кровопролития. Католики ради единения! предоставляют каждой национальности держать­ся своих традиций, своей обрядности и своего языка; греки и славяне, не ду|мая о единении веры, взаимно изгоняют нацио­нальный язык из) богослужебного чина и практики. Вековая на­циональная вражда|не умаляется, хотя ныне условия жизни со­вершенно изменились,! и национальная ненависть не должна иметь место на Балканах.! Болгарская Церковь пользуется правами ав­токефалии; греки не| могут иметь никаких посягательств; в сме­шанных населени|ях для управлениях избираются члены той и другой нации,I обе народности связаны на Ближнем Востоке од­ними интересами экономическими и коммерческими; одного только недоста|ет: веры в союз любви. К огню подливает масло| Македония; где дипломатия никак не может разрешить вопрос| о национальном размежевании. И это обнаруживается на оскорб­ляемом национальном чувстве болгар. Но пора уже христи|анам отделить политику от православия; пора предать забве|нию ради единства исторические причины антагонизма. Греки| должны снять схизму с болгар и отрешиться от своих по|литических пристрас­тий, а болгары должны отрешиться от| пристрастий племенных; ущерба от этого никто не потерпит,| а Ближний Восток от этого приобретет силу в борьбе с| угрожающим католицизмом. Русская Церковь по вопросу о| болгарской схизме в свое время не подава­ла своего голоса.| После знакомства с Ближним Востоком в дни беженства,I она высказывается по этому вопросу и даст исчер­пывающий от|вет. Без России эта рознь не только не прекратит­ся, но| будет все более и более усиливаться; пока обе народности! не будут поглощены в церковном отношении католицизмом.| Почва для этого в Болгарии хорошо подготовлена.!

ОТКРЫТИЕ ПАСТЫРСКО-БОГОСЛОВСКОГО УЧИЛИЩА

С переездом в монастырь Св. Кирика первою заботою!

Л. 15 об. было открытие Пастырско-Богословского училища с| 4-х годичным курсом. Ходатайство об открытие училища! было удовлетворено, и педагогический персонал был утвер|жден ука­зом архиерейского Синода в Сербии от 28 декаб|ря 1923 года — 10 января 1924 года. Персонал состоит из| следующих лиц: На­чальника училища—епископ Дамиан; преподавателей: Канди­дата Казанской Духовной Академии Б.В. Остроумова, кандидата той же академии И.Я. Чаусова, учителя! пения А.В. Яковлева и кандидата Петроградской Духовной Академии архимандрита Кирилла. Последние два не могли прибыть| в Болгарию — пер­вый из Бессарабии, второй из Сербии. Указ| отпечатан в «Цер­ковных ведомостях» № 3, 4 3-го, 15-го| февраля 1924 года.|

С открытием училища совпало отчуждение Болгарскою! дер­жавою монастырских имений, которые составляли главный! ре­сурс содержания училища. В виду этого мною было возбу|ждено ходатайство пред правительством Стамбол и некого о| возврате имений монастырю Св. Кирика. Ходатайство это было| мотивиро­вано тем, что для русского юношества в Болгарии| не достает духовного просвещения, которым так щедро наде|ляла Право­славная Россия Болгарию, воспитав в стенах ду|ховных семина­рий и академий много духовных и светских| лиц, степендиатов Рус. Св. Синода и Правительства, и ныне эта| потребность должна быть удовлетворена в православной Болгарии, потому что Рос­сия потеряла тысячи пастырей и не может| поплнить убыли за утратой учебных заведений, где воспитывались на средства ея все кто искал образования; что для по|борников славянской идеи работа брагского единения на| учебно-воспитательном поприще, хотя и беженском положении,! ие должно прекращаться, и ныне эту задачу будет осуществлять! Пастырско-Богословское учили­ще и т. д. На этом ходатайстве! г-н Стамболийский написал: «Со­чувствую. В Совет Министров»!- Ателеграммой сделал распоряже­ние о приостановке отчуждения. Но земли уже были розданы. Вместо этого можно было ожидать компенсации денежной. Но вскоре произошла смена|

Л. 16. правительства и ходатайство осталось без последствий. Такое же| ходатайство возбуждено было пред г-ном Цанковым новым председателем министров; от вета никакого не последова­ло за| учебный год. Хотя и не выяснились средства содержания учи|лища, но оно было открыто 3-17 сентября 1923 года в на­дежде! на помощь Божию. На содержание 20 душ обещано Со­фийским! беженским комитетом выдавать средства, но затем от­казал! по недостатку средств, имеющихся в его распоряжении и| потому выдал только единовременное пособие.

Итак, средства содержания составились из следующих жертв

Князя И.Н. Добанова-Ростовского (400 л. ежем.) —  2.800

Земского Союза —                                                         1.000

Митрополита Сливенского ( 100 л. ежем.) —            500

Священн. Леонида Троилина —                                  2 560

Дмитрия Лощенова —                                                   900

Д. Чубова —                                                                   1GÖ

П. Василькова —                                                            2.000

Федора Крюкова —                                                       100

Михаила Слободяникова —                                         100

протоиер. Георгия Лузина —                                       20

Священ. Иоанна Мухина —                                         100

П ротоиер. Федора Сосунова —                                   150

Священ Иллариона Титова —                                      400

Псалом. Говорухина —                                                 500

Георгия Александрова —                                             45

Савченко-Боженко —                                                    50

Л. 16 об. От Эмигран. Комиссии —                             800

Псалом. Пантелеймона Турилина —                           1.000

Русского прихода в Пловдиве —                                 100

Александра Чистякова

(быв. Ктитора г. Орехов) —                                          81

Н.В. Попова —                                                               580

Прихожан русских в Станимаке —                             1.265

Миссионера М.А. Кальнева —                                     500

Павла Михайловича Соломанили —                           450

По подписному листу в гор. Сливене —                     1.270

подвизающимися с Вами сотрудниками у.ю|требчли на пользу Св. Обители Ваше усердие и груд» 24 дек.| 1923 года старого стиля. Остальная сумма расходовалась с| 1-го июня 1923 года по август 1924 года на содержание! учащихся и служащих в количестве 25 душ в среднем. Эта] сумма недостаточна была на содержание такого количества! душ и поэтому приходилось всячески сокращаться всем|. Недостаток восполнялся усиленным трудом учащихся по хозяй­ству. Один день в неделю они посвящали исключительно! физи­ческой работе в поле или лесу и каждый день занимались! хозяй­ством от 2-х до 5-ти часов дня. Несмотря на это учебный! год прошел успешно. На экзамен в июле месяце прислан! был из Ар­хиерейского Синода Русской Церкви делегат архи|епископ Ки­шиневский и Хотинский Анастасий, который нашел| 17. успехи выше тех, которых он ожидал. В 1923/24 году контингент учащихся состоял из лиц окончивших среднее об­разование, и некоторые с высшим образованием, и потому не| было нужды на слушание лекций по литературе и гражданской! истории, что положено на первом курсе; чтение избранных! мест из Св. Писания и славянский язык можно пройти и на| втором курсе; поэтому был открыт второй курс. На этом ку|рсе препод- вались: Св. Писание, Н. Завета, Основное догматическое! Бого­словие, Литургика, Гомилетика, История Церкви и пения.|

МЕСТО ДЛЯ БОГОСЛОВСКОГО УЧИЛИЩА — ШИПКА Лучшим местом и законным для открытия П.-Богослов|с- кого училищадолжен быть монастырь на Шипке. Это памятник! борцам за православие на Востоке; здесь и должна сосредото|- читься культурно-просветительная деятельность Русской Церк­ви! и Русского народа. Здесь сооружен величественный храм, грандиозное здание для духовно-учебного заведения со всяким| оборудованием, с миссионерскими и просветительными задача­ми.! Прошло уже более тридцати лет со дня основания памятни|- ка, а задачи его остаются без выполнения, в ущерб правосла|- вию; сверх того в Болгарии работают католики и лютеране.| С миссионерской целью основана была семинария в гор. Само|кове. Но она прекратила свое существование вследствие непра|вильной организации управления. Семинария на Шипке могла бы иметь все данные,! чтобы цель православной России достигалась. Здесь можно воспитывать молодых людей в традициях славянских, на на|чалах братского единения народностей Балканского полуост­рова.! Для осуществления этой цели я просил Болгарский Синод предоставить мне Шипкинский монастырь, но просьба не была ува|жена, потому что правительство использовало его для инва­лидов и детского сиропиталища. Взамен его дали мне монастырь! Св. Кирика. Этот монастырь не заменил монастыря Шипки: пос­ледний вполне оборудован для интерната, а монастырь Св. Ки­рика в| полуразрушенном состоянии. Надо было затратить боль­шую сум|му на окна, двери, инвентарь хозяйственный и проч. Эта сумма| взята из бюджета училищного.!

Монастырь на Шипке должен быть возвращен!

Л. 17 об. Русской Церкви. Об этом должен предстоящий Собор 1922 года возбу(дить ходатайство пред Болгарским прави­тельством о передаче монастыря Русскому Синоду для перевода туда П.-Богосло|вского училища из монастыря Св. Кирика. Мо­тивом служит то,| 470 на Шипке Русское правительство затрати­ло колоссальные средства и все там приспособлено для духовно­учебного заведения,! а в монастыре Св. Кирика этого нет, и учи­лище ниоткуда по|собия не получает. Синод уполномочил меня вести| это дело. Архиерейский Синод про|сит правительство Бол­гарское об устранении препятствий к| этому переводу со стороны Красного Креста и других организаций. Причем инвалидов и сирогшталище могут оставить! там, сколько позволит вмести­мость здания без стеснения! училища. И инвалиды и дети будут полезны для русского! дела, из них можно образовать певческий хор и устроить! для них мастерские. Все учреждения тогда в зда­нии Шипки| должны быть в ведении того, кто будет игуменом монасты|ря и начальником училища. В данный момент вопрос о Шип|ке может скоро разрешиться в желательном смысле, когда| В.   К. Николай Николаевич взялся за восстановление России;! он несомненно возьмет и это Всероссийское дело под| свое покрови­тельство. Равным образом благовременно поста|вит категоричес­ки вопрос о воспитании молодого поколения! Собор должен орга­низовать временное управление учеб|ных заведений русских во всех странах. В состав управления должны входить представитель духовенства, военные и педагоги.!

Одновременно при помощи этого управления могла бы| на­ладиться и жизнь приходская беженцев. В этой области! ничего не сделано; как показывает опыт Константинопольско|го периода.!

ЯМБОЛСКИЙ МОНАСТЫРЬ СВ. СПАСА

Так как средства содержания открытого П,-Богословского училища недостаточно, то мною начата была переписка с мит­рополитом Северо-Американских церквей Плато|ном о передаче мне монастыря Ямболского. Началось это|

Л. 18. дело в виду того, что митрополит Платон освобожден от ка|федры Херсонской. Оказалось и епископ Серафим возбудил де|ло о передаче монастыря ему. Он обратился по этому делу к| митрополиту церквей Западной Европы Евлогию и председате­лю! Совета Послов М.Н. Гирсу. Митрополит на вопрос г-на Гирса| ответил, что он ничего не имеет против передачи монасты|ря епископу Серафиму. Тогда митрополит Евлогий не имел по| это­му делу никаких справок. Архиерейский Синод, не справиь)шись с мнением митрополита Платона, делает предписание en.) Сера­фиму принять монастырь. И монастырь в спешном порядке! был передан. Одновременно и я получил письмо от митрополита| Пла­тона о принятии монастыря в свое ведение для нужд учи|лища. Произошел неприятный инцидент, который должен выяс)ниться на основании всех справок об этом монастыре и| всей переписки. Высшему Церковному Управлению я представил свой протест и| просил в спешном порядке пересмотреть это дело; запросить! мнение митрополита Евлогия и принять во внимание мой го л ос. |

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОМИССИИ ПО ЗАВЕДЫВАНИЮ БРАТСКИМИ УЧРЕЖДЕНИЯМИ В КОНСТАНИНОПОЛЕ НАТАТАВЛЕ

Как выше сказано было, для заведывания учрежде|ниями братскими на Татавле оставлена была комиссия из| лиц: протоие­рея Васильева, эконома Обижаева и секретаря Забелина. По вы­езде моем в Болгарию комиссия должна была| вести приход и расход по прачечной и рыбо-каптильне и по) дешевым квартирам. Мое возвращение в Константинополь за|медлилось, а затем я лишен был возможности ьозвратиться,| и потому потребовал при­сылок мне ежемесячно отчета в Болгарию!- Отчета они никакого не вели, казначею Савченко-Боженко| денег не сдавали, почему он вынужден был сложить с себя| обязанности казначея. Комис­сия сносилась только с| архиепископом Анастасием. Несмотря на мои неоднократные просьбы письменные и личные к архиепис­копу Анастасию о попуждении комиссии к выполнению своих обязанностей, отчета никакого не по|лучал; а по частным сведе­ниям я знал, что имущество брат|ское расхищается и образуются долги. После категорического и| срочного требования, выражен­ного письменно к архиепископу|

Л. 18 об. Анастасию. Я получил от ревизионной комиссии из двух| лиц, назначенных архиепископом, опись имущества Братского| с препроводительной бумагой епископского Совета за подписью| председателя протоиерея Васильева, который был в со|ставе заведываемой комиссии от 30 мая /12 июня 1924 года за| № 133. В акте значится долг Братства 13 турецких лир. В| описи значится 36 названий предметов, принадлежащих Брат]ству. В ней под № 31 значится «котел медный один — пропал»| дознание от ноября 1922 года за № 1»; под №№ 46-66 вещи| спальные, чсто- ловые и проч. «переданы организации помощи и содействия рус­ским беженцам в Константинополе на основании! предписания архиепископа Анастасия от 21 сентября/4 октяб|ря 1923года.|

Таким образом архиепископ Анастасий, на основании «ка­нонического подчинения ему Братства, распорядился! его иму­ществом без согласия председателя его Лично в| бытность его в Болгарии и в монастыре Св. Кирика на экзаменах, я заявил ему о незаконности такого распоряжения!. Он на это ответил, что надо подать заявление, и вещи будут| возвращены. Кому подать заявление. Архиепископа уже нет в| Константинополе, а органи­зация меня не знает. По имеющимся! сведениям многое из иму­щества домового и дворового расхищено. По заявлению об этом домохозяину иеромонаху Иезе|кеилю, последний отвечал перед отъездом в Каир: «Я сдал| дом епископу Дамиану, и его одного знаю». Следовательно предъявлять иск ко мне, и каноническое подчинение архиепископу! Анастасию мне не поможет. Это есть тот бюрократизм, кото|рый вел нашу Родину к гибели. На таких началах нельзя! будет строить новую Россию.|

НИКАНОРОВ И УПИСЛЕЙ

С деятельностью Братства косвенным образом име|ли со­прикосновение вышеупомянутый большевик Никаноров и| новая личность, появившаяся в Константинополе, это представитель Латвийской церкви Упислей xv. Он явился по его словам! уча­ствовать в подготовительном собрании для знакомства! с строем Русской церкви. Ему оказан был соответствующий!

Л. 19. прием епископом Вениамином, а Никаноров, знако­мый его,) просил меня дать ему помещение в здании Братства. Прось|бу эту я уважил. Упислей жил в братском помещении и у) всех занимал деньги. Просил познакомить ею с уставом| Брат­ства, в церковных вопросах он был полный профан, он не отли­чал степеней священства и просил разъяснения| самиых прими­тивных вопросов. Никаноров всячески старался| поссорить членов Братства с приходским Советом Николаев|ской Церкви и дока­зывал открыто, что Братство, главным обра|зом председатель (епископ Дамиан) посягнул на имущество! Харбиевского прихо­да. Все, что имеет Братство это приходское|. Явную ложь распро­странял. Упислей доказывал, что устав] Братства глупо составлен, и что на таком уставе Братство| не может основываться. Оба они систематически агитировали! против интересов Братства; анули- ровать деятельность Брат|ства, очевидно, входило в их планы. Это можно заключить из| того, что от еп. Вениамина я частным образом получил сведения такие, что в учреждениях Братства на Татавле есть| два лица, которые задались целью разрушать дела Братства Эти| сведения я относил Никанорову и Упислею, тогда никто| не подозревал их в сношениях с большевиками.|

По окончании работ подготовительной комиссии Упи|слей, напутствованный Высшим Церковным Управлением и снабжен­ный хорошей сум|мой турецких лир от него, уехал в Латвию и обещач непременно участвовать на Соборе в Карловцах; но его больше ниг|де не видели. Кто он такой, может объяснить только Никаноров.|

КАТОЛИЧЕСКАЯ ПРОПАГАНДА В КОНСТАНТИНОПОЛЕ

Нигде, кажется, не проявляется с такой силой пропаганда католичества, как в этом интернациональном городе! Константи­нополе. Ксендзы всяких конгрегаций, монахи и монахн|пи с детьми доминируют на площадях, улицах. Католические! приюты, ро­дильные дома, больницы переполнены русскими. Сестры| мило­сердия — католички; все эти учреждения ежедневно посещаются! ксендзами; русских священников не бывает в них.| В одной боль­нице мне передавали факт: пригласили!

Л. 19 об. русского священника из Харбие к больной. Свя­щенник иришсл,| причастил больную, а затем в утешение сказал всем: «Уми|рать все равно придется, может быть и сегодня боль­ная умрет| и подобное». Такая простодушная проповедь не утеши­ла! никого. О ксендзах отзываются в этих учреждениях хорошо.|

Во всех этих благотворительных учреждениях,! внешняя об­становка безукоризненна и везде всем довольны;! недостает толь­ко духовною утешения — нет русских книг) душеспасительных и Евангелия. Об этом особенно говори|ли мне при посещении в госпитале Манны, в районе! Серень-Сэвиль ул. Оливье и в ма- терните (родильный дом)| ул. Капитен 16 Джангир. Везде при посещении таких учреждений убедительно просили по чаще при­ходить для бесед, ибо| священников русских нигде не было на­значено. В матерните| при посещении 21-го сентября/4-ro октября 1921 года было 7 душ детей| не крещенных. Отправлен был мною туда священник Васильев.! В французском приюте детском на Мишли несколько душ| детей было русских, им некому было преподавать Закон Бо|жий, преподавали ксендзы.|

«26 янв./З февр. 1922 года меня пригласили рус|ские студен­ты в интернат монастыря Лазаристов Св. Геор|гия (ул. Шав) для беседы. За мной прибыл один студент.| Я отправился с ним. Это было утром; пройти в интернат надо| было мимо костела, где совершалось торжественное бого|служение. Меня предупредительно попросили зайти в костел.| Я зашел и встал позади костела. Но меня любезно повели| вперед, где стояли дети, между которыми были и русские.! Оказалось, это была заупокойная литургия в 40-й день смер|ти папы Венедикта XV. Здесь присутствовал епис­коп Болгарский — Униат, служил ксендз Александр Синягин в сослу)жении других ксендзов. После литургии перед панихидой! о. Синягин сказал проповедь о единении всех верующих! у гроба папы Венедикта XV, подчеркнул то, что в день смер|ти его у гроба были представители всех государств и ре[лигий, что и ныне объединяются все, вознося молитвы о нем| Л. 20. в 40-й день смерти.|

После панихиды меня повели в интернат студентов,! куда затем пришел и ксендз Сипягин; принял от меня коле|нопрекло- ненно благословение и вступил в беседу со мной. Бесе[да продол­жалась недолго, она коснулась его проповеди. Я сказал,! что у православных и католиков соединение верующих мысли|тся раз­лично, желание одно, а средства различны. С этим о. Сипя|гин согласился и затем откланялся, оставив меня с студентами.!

Долго велась беседа с ними, больше всего о соединении! церквей. Один из студентов, которого я считал непоколебимым! в убеждениях, высказал неожиданно такую мысль: «собственно! го­воря, между православием и католичеством разница небольшая»-! Поэтому потребовалось много говорить о больших разницах.!

Просил я студентов повести меня в интернат дет|ский, где были дети и русских. Здесь оказались непреодолимые! препят­ствия, ходатайства их о пропуске в детский интернат! не увенча­лись успехом. С тем я и уехал.|

По вопросу о соединении церквей приходил ко мне нео­днократно ксендз Тишкевич, очевидно с миссионерской целью. Но| он обнаружил крайние папские тенденции, основанные на стереотипном доказательстве: «Ты эси Петра| догмат». О непороч­ном зачатии Божией Матери представляет се|бе смутно; часто ссы­лался на источники из Свято-отеческой ли|тературы, которая на­ходится, де, в Ватиканской библиотеке, как] единственной в мире.| По переезде моем в Болгарию неоднократно мне пи|сал и высказывал желание приехать для беседы. Затем переписка! пре­кратилась.!

КАТОЛИЧЕСКАЯ ПРОПАГАНДА В БОЛГАРИИ

Не менее сильна пропаганда католичества в Болгарии,! где почва для этого благоприятна: недостаток в клире, благодаря чему многие деревни остаются без священников; а имеющиеся! на лицо священники не отличаются образованием, небрежно относятся к своим пастырским обязанностям, редко служат в| храме. Особенно много работают католики|У/. 20 об. в Пловдив и в Пловдивской митрополии. В Плов­диве воздвигнуто громадное зда|ние для колледжа, который при­влекает своею обстановкой! православных; здесь обучаются и бол­гары и русские. Много| деревень в митрополии с населением бол- гар-католиков.|

Продолжение следуетχνι.

МОРОХИН А.В. Миссионерская школа нижегородского архиепископа Питирима

  1. Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ и ад­министрации Волгоградской области. Грант № 01-01-20001 а/В.
  2. См.: Савельев Д. Первые мученики // Наша газета. Волжский. № 173. 1999 29 октября.
  3. См.: Архиепископ Царицынский Дамиан. Дневник моего бежен­ства… 20 лл. с об.
  4. Там же. Л. 1.
  5. Там же. Л. 19 об.
  6. Там же. Л.
  7. Там же. Л.

* См. : Архиепископ Царицынский Дамиан. В единении сила. Кон­стантинополь, 1921; Он же. Война. Константинополь, 1921.

КОММЕНТАРИИ К «ДНЕВНИКУ»

  1. Знак «I» означает конец строки в подлиннике источника.
  2. Знак «I» внутри слова «Кавказский» означает перенос на дру­гую строку. Смысл этого знака внутри слова сохраняется на протяже­нии всего текста источника.
  3. Допускается неточность в определении должности епископа Ми­хаила. С 1886 года епархия называлась Ставропольская и Екатерино- дарская. Михаил Космодамианский был первым епископом Алексан­дровского викариатства, учрежденного в 1911 г. с кафедрой в Ставро­поле. Об этом см.: Булгаков С.В. Настольная книга для свяшенно- цсрковно-служителей: В 2ч. М., 1993. Ч. С. 1413.
  4. Имеется в виду город Ростов-на-Дону.
  5. Архиепископ Дмитрий — это епископ Уманского викариатства с кафедрой в Киеве с 1910 года. См.: Булгаков С.В. Указ. соч. С. 1403.
  6. Среди двух неназванных Таврических епископов, возможно, был на хиротонии Серафима епископ Таврический и Симферопольский Феофан Быстров, занимавший эту кафедру с 1910 г. О Феофане Быс­трове см.: Булгаков С.В. Указ. соч. С. 1414.
  7. В домашнем архиве Юрия Борисовича Словачевского, правну­ка Дамиана, в Софии хранятся его рукописи проповедей на тему о войне, о проблемах Православия и Русской Церкви в период граж­данской войны Некоторые из них были опубликованы в типографии «За рубежом» в Константинополе: «В единении сила», «Война», «Смысл переживаемой войны 1914 г.», «Подарок христолюбивым во­инам», «Задачи миссионерства, вызываемые потребностями нашего времени».
  8. Дамиан имеет ввиду национально-религиозные и просветитель­ские общественные организации, выступавшие против окатоличива­ния православного населения в Белоруссии, Украине, Литве и Чехии. Эти организации находились при православных церквах. Во Львове Брат­ство было основано в 1586 г., в Киеве —в 1615, в Луцке —в 1624 и пр. См.: Братства // Советский энциклопедический словарь / Под ред. А.М. Прохорова. М., 1980. С. 167.
  9. Речь идет о представителе Новомиргородского викариатства Хер­сонской епархии с кафедрой в г Херсоне (Севастополь с 1783 г.). Но в опубликованном С.В. Булгаковым списке епископов этого викариат- ства имени епископа Вениамина нет. См.: Булгаков С.В. Указ. соч. С.    1416. Иных сведений об этом епископе нами не обнаружено.
  10. Из контекста следует, чго имя митрополита Киевского и Га­лицкого — Антоний. Но, во-первых, он почему-то прибыл из-за границы, во-вторых, в опубликованном С.В. Булгаковым списке его имя в числе митрополитов киевских и галицких не значится. Здесь указано последнее имя митрополита этой митрополии Флавиана Го­родецкого, служившего на кафедре с 1903 г. См.: Булгаков С.В. Указ, соч. С. 1403. Иьых сведений о высокопреосвященном Антонии нами не обнаружено.
  11. Иных сведений о протоиерее Миланском и г-не Гаслове нами не обнаружено.
  12. Иных сведений о Н.Ф. Симском нами не обнаружено. х|» Иных сведений об этом митрополите нами не обнаружено. х|у Иных сведений об архиепископе Анастасии нами не обнаружено. ^ Иных сведений о большевике Никанорове и представителе лат­вийского духовенства Упислее нами не обнаружено.
  13. Написано от руки.

ДУБАКОВ А.В. Житие святителя Феодосия, архиепископа Астраханского и Терского

Тинина З.П. Дневник архиепископа Царицынского Дамиана 1919-1922 годов // Мир Православия: Сборник научных статей. Волгоград, 2002. Вып. 4. С. 277-318.

Смотреть и скачать статью в формате pdf

Оставить комментарий